Во все Имперские ТОМ 11 Непобедимое Солнце

Псковский архиепископ прочел надо мной молитву.

Княжна Пожарская возложила мне на голову корону, также как её далекий предок когда-то возложил корону Софии Багатур-Булановой.

Я испытывал странные чувства... Как будто история вдруг обезумела и пошла вспять.

Несколько столетий назад Булановы свергли Рюриковичей, а теперь Рюриковичи свергли Булановых...

И в то, что я стал главным участников этих событий, верилось с трудом. А с еще большим трудом — в то, что цель наконец достигнута.

Я Император Всероссийский, официально.

Александр I Рюрикович. Надо будет потом еще придумать себе погремуху. Какую-нибудь крутую. Не такую пафосную, как у Павла Вечного, но и не такую дебильную, как у Павла Стального...

— Боже, Царя храни! — провозгласила магократия.

Аристо уже выстроились в очередь целовать мне руку, даже те, что голосовали против меня. Эти как раз целовали мне руку с особым почтением.

Поразительно. Как один момент может все изменить...

— Нормальную коронацию проведем позже, когда усадим вас на трон.

Я подписал документ, теперь уже как Император.

Предпоследней целовать мне руку подошла Тая.

— Ох, моя Государыня... — я потрепал девушку за пухлую щечку, — А вот дед твой дурак. Он мог стать тестем самого Императора, а стал его врагом.

Кабаневич единственный из всех целовать мне руку не подошёл. Это еще не бунт против короны, конечно, но уже близко к тому.

— Я даже не знаю, что сказать, Саша, — печально произнесла Тая, — Я в шоке, если честно.

— Ничего, пройдет. Иди отдохни, мой синий кабанчик.

Последним ко мне подошёл Франк. Он мне руку просто пожал, как равный равному.

— Добро пожаловать в клуб Императоров, коллега, — сказал Франк Бонапарт по-французски, — Работенка у нас дерьмовая. Сразу предупреждаю.

— Ага, это я уже заметил, хотя Император я всего лишь полминуты... — ответил я, хохотнув.

— Россия и Франция теперь друзья навек, я так понимаю? — осведомился Франк.

— Не на век. На тысячелетия, дружище Франк!

Но нашу беседу двух Императоров довольно бесцеремонно прервал Полётов:

— Надо поговорить, Ваше Величество.

Я не сразу сообразил, что «Ваше Величество» это теперь я, и что Полётов обращается ко мне, а не к Франку.

Великий Князь оттащил меня в сторону:

— Ваше Величество, вы же понимаете, что законный канцлер Империи теперь я? А ваша жена Лада — никто?

— Она не никто, она все еще моя жена, — парировал я, — Императрица. Но не шальная, конечно.