Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 1

А также степень виновности или невиновности в краже его светлости, Эрика Герберта.

В зале повисла тишина. На миг мне показалось, что маска отца дрогнула и наружу вырвались горечь и страх, но мгновение и выражение его лица вновь застыло в бесстрастной мине.

– И в чем суть? – не выдержал я по идиотски торжественной паузы.

– Суть очень проста, – продолжал жрец. – Я благословлю одного из свидетелей герцога Томаша именем Триликого. Вы вдвоем возьметесь за рукоять меча. И меч укажет свою преданность. Если Эрик украл меч, то Белый Брат покарает его и спалит его плоть золотым огнем, если Эрик не воровал меча, то Черный Брат сожжет свидетеля Томаша красным огнем.

– А почему с той стороны свидетель, а не сам Томаш? – нагло спросил я.

Жрец ничего не ответил. Но так посмотрел на меня, что мне по-настоящему стало не по себе.

Выходило, что моя жизнь будет зависеть от мнения на мой счет какой-то железяки? Ещё и в случае нелицеприятного мнения обо мне, меня сожжёт заживо какой-то грёбаный брат.

А вот заваривший всё это и оболгавший меня Томаш останется не при делах при любом раскладе!

– А если я откажусь? – спросил я, на всякий случай.

Что бы там не думали себе средневековые рыцари, все-таки своя шкура дороже, каких-то мнимых представлений о чести.

На лице Томаша расплылась самодовольная улыбка.

– Тогда вас ждёт смерть всякого вора – колесование, – равнодушно пожал плечами жрец.

Вот эта поворот! Выбор, как говорится, голосуй или на кол. Пожалуй, я хочу уже свалить отсюда куда подальше.

Лучше домой на диванчик, да перед телевизором, да с рыбкой, да с пивком… А лучше шашлычка бы, да с лучком. У меня выделилась слюна и на весь зал моё голодное брюхо издало недовольное урчание.

– Ну, ок, давайте свой суд! – буркнул я.

Выбор-то у меня какой?

Глава 2

– Кто готов засвидетельствовать слова его светлости герцога Томаша? – пафосно прогрохотал жрец.

Удивительно, что из его тщедушного стариковского тела мог исходить звук, который продирал до костей.

Или мне так с перепугу почудилось? Я постарался взять себя в руки.

Естественно, вызвался козлобородый детина. С самодовольной ухмылкой он вышел в центр зала и с дебильным ликованием уставился на меня.

– Я, сэр Урик, готов подтвердить право моего господина, его светлости герцога Томаша, на меч!

– Да будет так! – торжественно кивнул жрец.

Я тоскливо подумал, что финал моей недолгой жизни получился довольно паршивый. Хоть бы накормили перед экзекуцией.