Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 1

Роджер замедлился, движения его были слишком суетны, неуклюже. Я без всяких усилий парировал его удары, успев даже заскучать. Меч нетерпеливо задрожал, и я отпустил его. Все произошло так стремительно, что зрители даже охнуть не успели.

Я усилием воли сумел замедлить разгорячённый меч, чтобы не отсечь кретину башку. Лезвие лишь слегка оцарапал Роджеру шею.

Роджер взвыл благим матом, хватаясь за царапину. Впрочем, быстро взял себя в руки и сдаться не пожелал. Том объявил перерыв.

– То, что ты сейчас проделал, смог бы не каждый мастер, – заметил отец.

– А тебе чудовищно повезло. Однако, второй раз так уже не повезет.

– Какая чудовищная вера в сына, – усмехнулся я, стараясь не потерять внутреннее равновесие, которое только что обрел.

– Что ж, заслужил…

Не только отец списал кровь Роджера на мою удачу, настроение зрителей тоже не шелохнулось в мою пользу. Трудно без поддержки зала. Болельщики щедро дают энергию кумиру и так же щедро отнимают её у аутсайдера.

Перерыв был окончен.

Я решил в этот раз не торопиться и несколько минут лениво отбивался, демонстрируя всем свою ловкость да удаль.

Роджер начал горячиться. На его прыщавой моське мелькал весь спектр эмоций от недоумения до страха. Рожа мало того, что перекосилась, так еще и приобрела морковный оттенок его костюма. Он взопрел. Волосы облепили яйцевидную голову, окончательно сделав его похожим на здоровенную морковь.

Чаша весов дрогнула, и люди стали переходить на мою сторону. Я сделал то, что мог сделать, уже давно заметив брешь в защите Роджера.

Рубанул ему наискось от плеча до бедра, но легонечко без нажима, так чтобы лишь содрать верхний слой из ткани и металлических вставок, да кожу оцарапать.

Роджер замер. Побелел. Медленно наклонился, глядя на кровь. Поднял голову, в ужасе уставившись на меня. Губы шевельнулись в попытке что-то сказать. В ту же секунду глаза закатились. Он сдулся, как воздушный шарик, упав оранжевой тряпкой мне в ноги.

Толпа зашумела, как роль диких пчел. Повскакивали с мест.

Обостренный слух уловил смысл во всеобщем гомоне: «Он мёртв?!» «Мёртв?!» «Неужто вырожденец убил его?!» «Как пить дать мёртв!», «Я прикончу этого вырожденца!», «Не может быть!».

Однако обморок у Роджера продлился не больше минуты, так как был вызван не серьёзным ранением, а трусостью. Ему пришлось вставать и принимать позорное поражение.

– Победа достается его светлости, Эрику, – торжественно объявил Том в гробовой тишине.

Роджер убрал своё оружие.