Плут

И вот теперь, когда всё разрешилось и испытание позади, а счастливая женщина готова уже была просто-таки на всё — такая вот неприятность. Соперница. Да ещё и с неведомыми амбициями, к тому же подкрепленными непомерными правами.

«Хотя, тут стоит ещё почитать старые документы. Вполне возможно, удастся отстоять главенство, всё красиво и законно обосновав. Эх, вот нужно же было её спасать, Плут! Всё ведь так хорошо было все эти столетия», — раздраженно подумала Ижэн.

Но напустив радушную улыбку на лицо и кольнув взглядом несносного мальчишку, поспешила поприветствовать уже поставленную на землю Мили́з Вольнопольскую, чей совсем непохожий портрет по мотивам, так сказать, лет сто пятьдесят уже висит на самом почётном месте в родовой картинной галерее главной резиденции в баронстве.

В общем, сказала:

— Я — баронесса Ижэн Вольнопольская. Как нынешний глава рода, приветствую вас, ваша милость. Рада, что наконец вы...

— А кто это, Вило? — забавно спрятавшись за спину слегка запыхавшегося юноши, мило пропищала оттуда очаровательная девушка с огромными серебристыми глазами и чуть светлее тоном распущенными длинными волосами.

— Тебе ж сказали, няшка. Эта прекрасная женщина была очень добра ко мне и даже почти не солгала, когда вводила в курс дел, — непонятно обозвав свою собеседницу, наглый юнец с явным сарказмом дал нелицеприятную оценку баронессе. — Хотя, её даже можно понять.

Про простить ничего сказано не было, поэтому Ижэн, удивляясь своей горячности, затараторила:

— Я виновата перед тобой, Вило, но я не могла иначе.

Я ведь глава рода. Даже собственные интересы и... и симпатии я вынуждена порой игнорировать и задвигать, как бы больн... тяжело мне это ни было. Прошу, прости и позволь мне вновь заслужить твоё доверие, — выпалила всегда строгая и властная женщина, чем удивила не только тепло улыбнувшегося Кодса, который поспешил отойти по каким-то срочно возникшим важным делам, но и себя саму, пожалуй. Настолько, что аж едва слышно промямлила в несвойственной себе манере. — П-прости.

— Вило, ты же простишь её, ведь так? Да? Ну скажи! — всплеснув ладошками, очень строго и просяще посмотрела своими огромными глазищами на слегка подзависшего юношу до невозможности милая особа в платьице. Ведь она, не посчитав нужным подобно седоусому проявить такт, с большим вниманием продолжала выглядывать из-за плеча своего спасителя, во все уши впитывая проникновенную речь медововолосой и фиолетовоокой статной красавицы напротив.