Избранник смерти

Глафира поддержала атаку старика. Она с холодящим кровь воем метнулась в сторону графа. А тот сразу же швырнул в неё «сетку», которая спеленала её. Проститутка недвижимо зависла в воздухе, превратившись в фантастическую лампу, излучающую бледный, мертвенный свет.

Чернов нейтрализовал девку буквально за два удара сердца, а я только-только начал погружаться в транс, глядя на призрачного горбуна. Он уже протягивал ко мне руки с удлинившимися ногтями, похожими на остро заточенные серпы. Один взмах — и из моей глотки прыснет кровь.

Ясный хрен, что тлетворный ужас мигом взъерошил мои слипшиеся волосы, но он не выбросил меня из транса. Я каким-то чудом превозмог страх и сотворил «развеивание». Оно получилось слабеньким, но сейчас я был безумно рад и такому заклинанию.

Магия сорвалась с раскрытой ладони и врезалась в заверещавшего призрака, вызвав вспышку света. Тут же перед глазами вспыхнули белые круги, а по щекам покатились редкие слёзы. Твою мать! Я непроизвольно дёрнул головой, выпал из транса и рухнул на одно колено.

Ногу лизнула боль от столкновения с каменным полом, а сквозь плечо прошла лодыжка призрачного старика, пролетевшего надо мной. Он не погиб от «развеивания», однако стал менее «реальным».

— Это надо заканчивать, — невозмутимо произнёс Чернов, сотворил вторую «сеть» и швырнул её в Архипа Поликарповича, который тотчас замер, словно светлячок, угодивший в смолу.

— Что это за заклинание, сударь? — прохрипел я, кое-как проморгавшись.

— Не заклинание, а заклятие. Знаете разницу, юноша? — подошёл ко мне граф и протянул руку.

Я ухватился за неё, почувствовав прохладную, шершавую кожу, а затем встал на обе ноги и ответил:

— Угу. Заклинание — это быстрая магия, живущая не больше нескольких секунд. Например, «развеивание». А заклятие — долгая магия. Вот как эта ваша «сеть», удерживающая призраков.

— «Обездвиживание», — поведал граф название заклятия и посмотрел на Глафиру прозрачными глазами, в которых отражался мертвенный свет. — Ежели дать «обездвиживанию» достаточное количество магической энергии, то оно способно на время остановить даже самого сильного призрака.

— И на какое время, ваше сиятельство?

— Минут на пять.

— Точно? — засомневался я, обратив внимание на то, что оба призрака начинают светиться сильнее. — Сударь, а чего они тогда разгораются?

— Хм-м-м. Удивительно. Кажется, они пытаются бороться. Но откуда черпают силу?

Внезапно у меня засосало под ложечкой, а вдоль позвоночника забегал холодок.