Чёрный хребет. Книга 5

Так может облегчишь свою участь и расскажешь всё, что знаешь?

Молчит.

– Что ж, иного я и не ожидал.

Щёлкаю пальцами и парень, как по команде, отключается. Погружается в очень глубокий сон, завалившись на бок.

Подхожу к спящему телу, хватаю за волосы и поднимаю голову вверх – спит. Делаю сильную пощёчину – не просыпается. Значит жемчужина сработала.

Теперь осталось создать в его голове сон, который мне нужен.

Кладу ладонь на затылок пленника. Сейчас ему ничего не снится. Он находится посреди бесконечной тьмы и не осознаёт себя спящим.

На этот раз я кладу две руки ему на голову и навожу на пленника сновидение.

Теперь ему снится, что он находится в этом сарае, в точной его копии. Использую тот же приём, который со мной провернула Шислин. Парню кажется, что он бодрствует: сидит, прислонившись спиной к стене, вертит головой, ожидает новых пыток. А на самом деле он дрыхнет у моих ног.

Забавная сила. Я выстроил вокруг человека сновидение, полностью повторяющее действительность, и он ни коим образом не может узнать, что его окружает иллюзия.

– Зачем тебя избивать, если ты всё расскажешь по своей воле, верно? – говорю ему прямо в лицо, всё равно не услышит. – Посмотрим, насколько хорошо у меня получится запудрить тебе мозги.

Присаживаюсь рядом с пленником в позе лотоса.

Закрываю глаза и настраиваюсь на небольшой кругляш, доставшийся мне от Шислин. Девушка легко могла усыпить шестьсот человек и для каждого из них построить уникальный сон, с помощью которого можно узнать о человеке что угодно.

Мысленно тянусь к пленнику, пытаюсь прикоснуться к его сознанию. Ощущаю себя грабителем, который влазит в чужой дом без стука.

Моё тело отключается, и я оказываюсь в голове парня.

Парю, бесплотным духом, в построенном мною же сарае. Гляжу по сторонам с удивлением. Выглядит невероятно реально, никакой смазанности и малого количества деталей, как в обычном сне. Подгнившие, изъеденные короедом брёвна, щели между досками, в которых проглядывает Фаргар со снующими мимо людьми.

Я сейчас невидим и не слышим. Летаю по воздуху и гляжу на пленника, который пытается плечом вытереть кровь с лица. Пока его избивали, он сохранял вид отрешённой невозмутимости, демонстрации презрения. Сейчас же, оставшись наедине, он выглядит уставшим и потерянным.

Нужно как-то выведать всё, что он знает.