Жандарм 3

Но все же с помощью словоохотливого мужичка-извозчика, который всю дорогу травил мне байки о своей жене и ее любви чуть что хвататься за скалку, я нашел открытое отделение нужного мне банка. Там написал расписку, по которой банк мог забрать с моего счета четыре тысячи рублей, и получил взамен наличные деньги. Правда за эту услугу мне еще и пришлось заплатить! Причем уж пять рублей! Грабеж! Однако, ждать до завтра я посчитал неразумным. Я же не знаю, во сколько открываются торги на бирже и когда РуссоБалт выложит свои акции.

— А, Григорий, здравствуй, — спустился ко мне немного заспанный Боголюбов.

Управляющий его поместьем попросил меня подождать в прихожей, где мы по приятельски и обнялись.

— Извини, что сам не встретил. Но вчера я с такой девушкой познакомился, — причмокнул мечтательно Анатолий губами.

— Она у тебя в гостях? — с усмешкой предположил я.

— А? Нет, — мотнул тот головой и тут же предложил мне чаю или кофе.

Пройдя с ним на кухню, Анатолию подали грог, а я все же согласился на кофе, и немного обсудив прелестных дам, переключились на более серьезные темы.

— Значит, ты согласен? — уточнил Анатолий.

— Да. Хочу поровну купить акций Руссо-балт и Сименс.

— Тогда сейчас позавтракаем и ждем, пока Юрий вызовет моего стряпчего. Сам я в детали биржевых сделок не влезаю, — пояснил он, — слишком там все мудрено.

Завтракать я не стал. И не потому, что у Анатолия плохо готовили, просто еще не переварилось то, что впихнул в себя дома. Ограничившись лишь кофе и печеньем к нему, я почти полчаса слушал хвастливые рассказы Боголюбова о его похождениях на любовном фронте. По его словам он чуть ли не половину девиц Москвы перепортил и редко из какого салона уходил в одиночестве.

Прервало этот монолог самовосхваления лишь появление стряпчего Боголюбовых. Виталий Эрнестович оказался молодым человеком около тридцати лет, с чуть подслеповатыми глазами и круглыми очками на носу. А кроме этого он легко «жонглировал» цифрами, названиями, без запинки мог дать прогноз по росту или падению акций той или иной компании и очень педантично подходил к своему делу.