Жандарм 2

Жандарм 2

Никита Семин, Дмитрий Шимохин

Глава 1

Белый потолок. Это было первым, что я увидел, когда пришел в себя.

— ... а я ей говорю: Ирина Сергеевна, вы так великолепны, что я просто не смог пройти мимо, не выразив своего восхищения! — раздавался откуда-то слева веселый мужской голос.

Прикрыв глаза, я прислушался к себе. Правое плечо дергало. Боль была приглушенной, но стоило попробовать пошевелить рукой, как она накатила с новой силой, и я оставил попытки двигать конечностью. Все остальное было в порядке.

Снова открыв глаза, я осмотрелся.

Больничная палата. Побеленный потолок, побеленные до уровня груди стены, ниже покрытые синей краской. На полу стоят металлические панцирные койки. Всего четыре, включая мою. Три заняты, и лишь одна застелена и не имеет «владельца». Через окна в палату падает дневной свет. За окном было слышно щебетание птиц. Для освещения с потолка свисала лампочка, накрытая сверху металлической «юбкой», чтобы отражать свет вниз.

Кровать напротив меня была пуста, а вот на стоящей рядом с ней кто-то лежал с замотанным лицом.

Снова повернув голову влево, рассмотрел своего соседа. Мужчина лет тридцати, вихрастый, с шикарными усами. Глаза смеются, в руке — стакан с какой-то светло-желтой жидкостью, которую мужчина прихлебывает, периодически прерывая свой рассказ. Говорит он, смотря при этом на лежащего перебинтованного. У самого балагура перебинтована правая нога. Рядом с его кроватью стоят костыли.

— О! — заметил меня балагур, — сосед, очнулся?

— Да, — выдавил я из пересохшего горла и тут же закашлялся.

— Сейчас-сейчас, — засуетился вихрастый балагур и потянулся к стоящей между нами тумбочке. — Помогу.

Койка под ним от движения заскрипела пружинами.

На тумбочке стоял кувшин с водой, какая-то бутылка и стакан. Поставив к нему в пару свой, который держал в руке, мужчина налил из кувшина воды в пустой стакан и протянул мне. С трудом выпростав из-под простыни левую здоровую руку, я взял стакан и мелкими глотками отпил из него.

Живительная влага прокатилась по пищеводу, даря неземное блаженство.

— Ну как? — улыбнулся мужчина. — Полегчало?

— Да, — выдохнул я благодарно.

— А то! Константин Витальевич Решало, штабс-капитан второго гвардейского Его Императорского Величества конного полка, — тут же представился сосед по койке. — А вы..?

— Григорий Мстиславович Бологовский, — выдохнул я.

— Это из Лифляндской ветви или...

— Тверской я.

Интерес Константина понятен.