Провинциал. Книга 3

Серьёзная организация, проводящая в жизнь экономическую политику Императорского Дома.

— И что же Императорская Инвестиционная Компания хочет мне предложить? — вопрос мой прозвучал довольно нагло, ну да ладно...

Как я уже говорил, мы тёмные провинциалы, что с нас взять...

Мой собеседник тонко улыбнулся, словно услышал изысканную шутку и пояснил:

— Этот наш с вами разговор инициирован мною, по, так сказать, личной моей инициативе, и организация, которую я имею честь возглавлять, к нему никакого отношения не имеет, — он, нимало не смущаясь, сделал из своего бокала изрядный глоток, чем вызвал у меня острый приступ зависти, и продолжил, — а переговорить с вами я решил от своего лица, ну, и от лица моего доброго друга, Мирона Авксентьевича Соболева, Председателя Правления Национального Промышленного Акционерного Товарищества на вере.

Услышав имя его партнёра и занимаю им должность, я непроизвольно хмыкнул, осознавая, насколько серьёзные люди уделяют мне своё внимание.

И мне очень интересно, а чем же это таким я возбудил их интерес:

— И по какой причине до моей неприметной персоны снизошли столь занятые и серьёзные люди? — задал я мучивший меня вопрос, одновременно касаясь сенсора вызова прислуги.

Ну не могу я смотреть, как мой собеседник то и дело прикладывается к бокалу в то время, как моё уже горло давно саднит от вежливо-напыщенных фраз.

— Всё просто, — начал Порфирий Станиславович, — до нас с партнёром дошли слухи о том, что у вас обозначились некоторые трудности.

— Да, вроде как ничего экстраординарного у меня тут не происходит, — эти слова я произнёс тоном, подтверждающим, что всё идёт нормально.

— То есть то, что ваше поместье в настоящее время взято в сплошное кольцо войсками рода, объявившего вам войну, это в порядке вещей? — собеседник приподнял бровь, выражая, таким образом, своё удивление.

— Да я, знаете, ли, с момента своего недавнего прибытия на родную планету, нахожусь в состоянии войны, — я улыбнулся и посмотрел в камеру, одновременно наливая в бокал вино, которое уже успела принести расторопная горничная, — привык уже.

— Ну, так мы хотим вам предложить избавление, — собеседник понимающе усмехнулся, — от этой, весьма вредной, привычки. Вы же хотите от неё избавиться, не так ли? — и так вопросительно на меня посмотрел.