#Бояръ-Аниме. Пожиратель II

В девять часов вас будут ждать автобусы, которые доставят вас на вокзал. Билеты будут оформлены к этому времени. На этом у меня всё. Разойтись!

Студенты, пребывающие в шоке от ошеломляющей новости, действительно расходились. Впрочем, ни сотрудники академии, ни военные при ней ничем от нас не отличались. И это мы, первокурсники, просто домой вернёмся, а люди теперь ещё и работы лишатся. Тут они были при деле, а как дальше их судьба сложится? Тоже сократят?

Мы с Орешкиным тоже пошли, но не в сторону казарм, как остальные, а просто куда глаза глядят.

— Ну что, Гарик, чем теперь будешь заниматься? — спросил друг, когда мы остановились у тренажёров.

Вокруг не было ни души. А я ощутил, что мне будет даже немного не хватать этого места. Уж больно тут спокойно, никто не мешает.

— Домой поеду, буду искать, как денег заработать, чем же ещё заниматься в этой ситуации? Надо семье помогать, — пожав плечами, ответил я.

Орешкин улыбнулся, подставляя лицо солнцу.

— Сначала отдохнуть, — сделал весьма типичное для себя объявление он, после чего добавил: — А потом тоже буду работу искать, не всё же у отца на шее сидеть.

Звучало, конечно, хорошо, но что-то не особо мне верилось, что Гриша вот так сразу заработает столько, сколько ему отец даёт. Впрочем, я ему желал в этом деле лишь удачи. Как показали последние полтора месяца, если Орешкин всерьёз возьмётся за дело, у него всё может получиться.

— Деньги Лисицкого, поди, кончились? — с сочувствием спросил у меня Гриша.

— Ещё немного осталось, держу как неприкосновенный запас, — ответил я. — А ты, небось, за неделю свои двести тысяч потратил?

— Обижаешь, — Орешкин гордо выпятил грудь. — За три дня!

Мы вместе рассмеялись.

Действительно, я и не сомневался в способностях Гриши с лёгкостью тратить большие деньги. Он, сидя в казарме, умудрился и номер в «Интерконтинентале» организовать, и даже проституток туда вызвать.

— Как-нибудь я к тебе приеду в твой Екатеринбург, — заговорил Гриша после того, как отсмеялся, — и мы с тобой покутим как следует.

— Я буду только рад, — ответил я.

Орешкин кивнул мне и пошёл в сторону казармы, заложив руки за спину и насвистывая какой-то весёлый мотив.