Московский доктор

— Ну… может, чуть проголодался. Ольга, принеси мне чего-нибудь пожевать, — добавил он, пытаясь сохранить остатки достоинства.

Ольга, его дочь, кивнула, но бросила на меня косой взгляд, прежде чем выйти. Проходя мимо Павла, который стоял на страже у двери, она шепнула ему:

— Гляди в оба. Если этот азиат что-то учудит — сразу в расход.

Я лишь лениво развалился на стуле, закинув ногу на ногу, наслаждаясь её подозрительностью. Ольга вернулась с тарелкой еды быстрее, чем я ожидал. Фриц набросился на еду, как будто она была последним, что он видит в своей жизни.

Произошло резкое изменение. Павел, который знал этого старика долгие годы, был явно ошеломлён. Обычно Фриц ел как воробей — клевал понемногу, сдержанно, — а тут вдруг жрал, как разъярённый волк.

— Ольга, ещё еды! Только мяса! Я же подыхаю с голоду! — выкрикнул Фриц, давясь большим куском, пытаясь заглушить бушующий голод.

Ольга и Павел переглянулись, растерянные и настороженные. Они явно не понимали, что происходит. Разве люди перед смертью бывают такими голодными?

Ольга принесла ещё еды, и Фриц тут же, не теряя времени, начал поглощать всё подряд.

Казалось, что его организм не знал, когда в следующий раз удастся поесть. Наконец, набив живот до отказа, он развалился, тяжело дыша, словно пробежал марафон.

— Фух… силы возвращаются. Прямо хорошо-то как! — выдохнул он, и тут же громко отрыгнул, не удосужившись даже прикрыть рот.

Всё это время я спокойно сидел, наблюдая за этим шоу. И когда, наконец, пришло время, решил добавить немного веселья:

— Эй, Ольга, и мне чего-нибудь покушать бы не мешало.

Я тут со своим питомцем тоже с голодухи помираю.

— Павел, принеси ему чего-нибудь, — бросила она, не утруждая себя лишними взглядами в мою сторону, и тут же отправилась за едой для своего отца. Я ей был явно не интересен.

Павел принёс мне бутерброды, но не забыл оставить один себе, чтобы перекусить на ходу. Но стоило мне приоткрыть свой саквояж, как оттуда высунулась черная змея, и Павел чуть не поперхнулся.

— Ты что, змей тут разводишь? В больницу тащить опасную тварь — ты вообще в своём уме? — спросил Фриц.

Я лишь усмехнулся:

— Да расслабься, старик. Не хочешь немного поразвлечься перед тем, как кони двинешь? — провоцировал я, зная, что его нервы уже на пределе.

— Ты что за чушь несёшь! — взорвался Фриц, явно раздражённый всей ситуацией. Ему уже давно было не до «развлечений», но его дочка, конечно, об этом не знала. Она свято верила, что её отец ещё тот донжуан.

— Да ладно тебе, старик.