Московский доктор

Это больница, отделение интенсивной терапии!

— Что происходит снаружи? — спросила она.

— Тот доктор приходил, — сказал Павел, входя в палату. — Но был остановлен охраной больницы. Доктор настаивает на том, чтобы привести своих питомцев. Он сказал, что не войдёт, если его питомцы тоже не зайдут.

— Что за шутка. Прогони этого ублюдка, — сердито крикнул Ольга. — Он нам здесь не нужен.

— Впусти его. Пойди поговори с охраной, — сказал Фриц. Он не хотел умирать. Чем ближе человек был к смерти, тем больше боялся её. Такими уж были люди.

*****

Я вошёл небрежно размахивая саквояжем и с хомяком на поводке.

— Ха-ха, старый нацист, я же говорил, что до вечера не доживёшь. Теперь веришь?

— Кто ты такой, чтобы так разговаривать с моим отцом?

— Вам, возможно, стоит узнать, что ваш отец сказал мне сегодня.

— Всё в порядке, Ольга, — прервал её Фриц, пытаясь скрыть гнев. — Доктор, прошу прощения за мои слова.

— Извиняться не нужно. Я здесь не для разговоров. Меня интересуют только деньги.

Фриц тяжело дышал, как будто не хватало воздуха. Сил злиться у него уже нет, он лишь смотрел на меня, жаждущий выжить.

— Ты знаешь, что со мной?

— Конечно. Я предупредил тебя днём. И, как видишь, моё предсказание сбылось. Скоро ты сыграешь в ящик.

— Если не поможешь, то ты не только не получишь десять миллионов, но и отправишься на корм рыбам.

Я поднял маленькую бутылочку с чёрной жидкостью.

— Пей давай, а то разболтался тут.

— Что это? — Ольга тут же схватила бутылку, явно не доверяя мне.

— Нечто, что продлит его жизнь на три дня. — Я пожал плечами. — Старик, ты всё ещё сомневаешься? Если это не сработает, меня посадят как убийцу. Но тебе-то что? Ты и так подыхаешь. Думаешь, я стану рисковать собой, чтобы ускорить твою смерть?

— Ольга, дай лекарство.

— Отец…

— Он прав, — ответил Фриц.

Выбора у него не было. Он проглотил то, что я ему дал.

— Если мой отец умрёт, я тебя найду.

— Женщина, давайте по-честному. Я сказал, что он проживёт ещё три дня. Если надо еще лечение, заранее записывайтесь на приём.

Фриц залпом осушил пузырек с густой черной жижей. Я не смог сдержать ухмылку, скрестив руки на груди и наблюдая за ним.

— Ну что, как ощущения? Будто не ел сто лет? Голод просто зверский, да? — спросил я, зная, что эффект от зелья уже начал действовать.

— Да ни капли! — ответил он с нарочитым равнодушием, но его живот тут же предательски заурчал. Это было слишком смешно, чтобы я не отметил.