#Бояръ-Аниме. Романов. Том 5

— Это хорошо, что ты решил одну проблему, — произнес царь. — Но это лечение симптомов, и ты сам это понимаешь. Василий доказал, что недостоин ни высокого звания великого княжича, ни жизни. Он допустил похищение взрывчатки из своей части, не навел порядок среди офицеров. А кроме того, позволил террористу провести акцию в столице. Это измена.

Слово упало тяжело, я со своего места видел, как побледнел Невский. Великий князь Московский едва не покачнулся в кресле.

— Миша, он мой сын! — повысив голос, воскликнул он.

— И тем страшнее его проступок, — кивнул царь. — С великого княжича и спрос великий. Потому слушай мое решение: через три дня на рассвете он будет казнен за измену.

— Нет! — закричал Невский.

— Я не караю невиновных, — холодно продолжил Михаил II, — а за Василием уже достаточно грехов, которых я бы и собственному сыну не простил.

— Нет у тебя сына! — поднявшись на ноги, заявил великий князь Московский. — А нас убиваешь, чтобы себе все царство забрать! Думаешь, не знаю, для чего ты тут распинался про клан?! Помяните мое слово, Рюриковичи, сегодня он забирает моего сына, завтра придет за вашими!.

Но никто его не поддержал, и Невский пошел прочь из кабинета. Его шаги были тяжелы, самого Емельяна Сергеевича заметно шатало.

— В тебе говорит гнев, — объявил государь. — Но я тебя прощу. Сегодня прощу. Но мое терпение не бесконечно, Емеля. Подумай об этом.

Невский обернулся к царю и, сплюнув на ковер, решительно дернул на себя створку, покидая зал.

Грохот дверей еще долго звучал в полной тишине помещения.

Глава 6

— И зачем ты сейчас эту тему поднял? — вздохнул великий князь Выборгский, глядя на государя. — Емельян тебя поддерживает...

Михаил II посмотрел на него, приподняв бровь.

— А ты считаешь, Рюриковичи могут сейчас позволить себе укрывать предателя? — спросил царь. — Дело получило огласку. О причастности Василия знают даже заграничные послы. Мы ведем войну с такими же предателями. И ты просишь меня простить одного из них?

Михаил Викторович склонил голову.

— Это разные вещи.

— Да? Может быть, ты забыл, сколько раз Емельян уже прикрывал сына? — произнес Михаил II. — Я пощадил Василия год назад, Емельян мне клялся, что сын оправдает. И что мы видим? Это так великий княжич оправдывает мое милосердие? Почему же тогда он должен жить, ведь боярина Морозова я не пощадил за куда меньший проступок, и заметь, в мирное время. А сейчас идет война. И врагов Русского царства мы должны карать, а не прятать их от закона.