Хладнокровный ублюдок, яростно рвущий аристократов

Я заметил, как он перестал висеть на одном месте и изменил курс, мой побег, кажется, спалили. Я начал пробираться через кусты, вплотную подходившие к забору. Мне ничего не оставалось, кроме как бежать.

Чёрная сумка по-прежнему болталась у меня за спиной, из маленьких карманов спортивки на бегу вываливались деньги. Я не останавливался, чтобы их подобрать, я был слишком занят прокладыванием пути через густые заросли ивняка. Сейчас ребята-автоматчики немного придут в себя и тоже бросятся в погоню, к гадалке не ходи.

Связь с вертолётом у них наверняка налажена.

Значит, будут знать, где искать. Думай, голова, думай. Жизнь закидывала меня в самые глубокие задницы, но сейчас, пожалуй, я забрался в самое пекло, так глубоко, где ещё не бывал, и поэтому даже немного растерялся. Но я не прекращал бежать вдоль берега Туры, ломясь сквозь заросли, как лось во время гона.

Вертолёт по-прежнему тарахтел винтами где-то высоко, и я чувствовал его пристальный взгляд на своей шкуре. Надо подумать, что сделал бы отец в такой ситуации.

Во-первых, не стал бы доводить до сражения и погони. Во-вторых, расхерачил бы всё огненным штормом вместе с авторазборкой и сервисов, не считаясь с потерями. Я так поступить не мог. В-третьих… Он бы нашёл способ разобраться с вертолётом, даже если он за пределами досягаемости. А ведь у меня ещё и другие фокусы в рукаве.

Я резко остановился. Преследователи немного отстали, и у меня была минутка, чтобы проверить свою теорию. Да, я не мог воздействовать магией непосредственно на сам вертолёт, но я мог воздействовать на мир вокруг него, на природу и… на воздух под ним.

Физику я более-менее знал. Я, хоть и сменил целую кучу школ и интернатов, был вынужден осваивать школьную программу на отлично. И это давало мне некоторое преимущество перед огромной частью одарённых, свято верящих, что в жизни главное — владеть магией. Освоить свою стихию, свой цвет. Магия, конечно, важна. Но законы, по которым работает наш мир, тоже нужно знать, если хочешь управлять ими в полной мере.

А раз я не могу добраться до вертушки, значит, вертушку надо подвинуть поближе. И я просто создал область разреженного воздуха прямо под ней.

Пилот оказался опытным. Выровнял машину почти сразу же, попытался уйти, дав максимальный газ, но вертушка всё равно камнем полетела вниз, как быстро ни вращались лопасти. Им просто не от чего стало отталкиваться, чтобы продолжать держать железную птицу в небе.