Восьмое правило дворянина

Глава 4

Прусская империя.

Ганновер.

Замок «Гельбенбург».

Магнус Христофорович Рейтер уже в который раз за этот вечер строго посмотрел на камин и выругался в свои черные усы. Ничего не изменилось, дрова по-прежнему весело трещали в нем, а парочка мраморных догов со скучающим видом лежали рядом с огнем и равнодушно смотрели на хозяина.

Судя по тому, что он видел, его кабинет уже давно должен был прогреться, но какого черта здесь было так холодно? Кто-нибудь может ему это объяснить? Но не было никого, кто мог бы это сделать.

Почему ему никто не сказал об этом в тот момент, когда он подыскивал себе замок для долгосрочной аренды несколько лет назад? Ладно бы это была одна из спален, которых в этом замке десятки, или еще какая-нибудь ненужная комната, но кабинет, в который он влюбился с первого взгляда...

Да он, можно сказать, вообще арендовал этот замок из-за этого кабинета, а тут такая неожиданность... Что он только не делал, но эта небольшая комнатка просто не прогревалась и все тут.

Логически он понимал, что всему виной башенка, в которой находилось это помещение. Она очень романтично смотрелась снаружи... Одинокая, гордая... В ней так хорошо думать и принимать сложные и важные решения. В тишине и покое...

Вот только изнутри все это выглядело не так эффектно. Все было гораздо прозаичнее.

Решения и в самом деле принимались сложные и важные, вот только думалось не так уж и хорошо.

Но несмотря ни на что, князь все равно упорно работал именно здесь, в своем кабинете. В окружении собак и в удалении от остальных домочадцев. Хотя бы по той простой причине, что здесь он чувствовал себя в безопасности. Как ворона на шесте.

Он посмотрел на часы — без десяти минут девять по среднеевропейскому времени. Через десять минут у них встреча по видеосвязи с Лопухиным и Ахматовым. Самый удобный вариант.

Встречаться лично слишком опасно, занимает очень много времени, да и нет сейчас в этом никакой острой необходимости — все можно обсудить по видеосвязи.

Во всяком случае, такой была для всех троих официальная точка зрения, на самом деле все понимали, что истинная причина совсем в другом и носила липкое, неприятное название — страх. Вот так-то.

Как это не прискорбно и не унизительно для него, но это нужно признать — Рейтер боялся лишний раз выходить из своего замка. Впрочем, не он один.