Государственный маг. Ученичество. Книга 1

Социальные связи — это то, что может открыть запертые двери и дать новые пути в, казалось бы, безвыходной ситуации.

«И хотя как равного меня никто не примет, — отметил голос логики, — но все помнят о моем потенциале. Навести мосты для будущих контактов многие пожелают с удовольствием».

Примерно то же самое говорила и леди Телдра.

— Госпожа декан… — начал я. — Могу я тоже пройтись?

Коннорс посмотрела недовольно.

— Мастер Клауд говорил, что внутри безопасно, — добавил я. — Ну, интересно же… Я просто пройдусь по залу, честно.

Коннорс бессильно закатила глаза.

— Ладно, Виктор, ты показал себя вполне здравомыслящим человеком, — произнесла она. — Но прошу тебя, помни, что теперь твои слова и поступки — это слова и поступки мага Хардена.

— Я понимаю, — кивнул я.

— Вижу, — позволила себе улыбку Коннорс. — Только поэтому я позволяю тебе так много. Иди.

Поблагодарив ее, я с предвкушением оглядел зал. Народу стало поменьше. Видимо, следуя совету хозяина приема, люди разошлись по разным залам, курительным или деловым комнатам.

На меня накатило дикое, какое-то ребяческое любопытство. Захотелось осмотреть каждый уголок и поговорить с разными людьми.

«А ну-ка угомонись, — мысленно приказал я сам себе. — Ты не на детском утреннике».

Коннорс при всей своей въедливости была права на сто процентов. Если я сделаю что-то не так, это будет поступок не ребенка, но мага Хардена. А учитывая, что высший свет — это место, где все всех знают, избавиться от плохой репутации будет очень сложно.

Продолжая идти по залу, я заметил знакомое лицо. Фиделия сидела у бара, разговаривая с какой-то женщиной.

«Едва ли предупреждение деканши на нее подействовало», — подумал я.

То, что Фиделия действует так открыто, означало одно — старая аристократия была уверена, что прогнет руководство Хардена под себя.

«Ну или кого-то еще выше», — добавил я мысленно.

Сам я в это влезать по возможности не хотел. Битвы между политическими силами мой учитель называл забавным словом «жабогадюкинг».

Я прошел мимо, не испытывая желания контактировать с Фиделией и ее аристократической подругой. Чуть в стороне от них находилась стайка моих ровесников. Как свойственно молодым, они не замечали ничего вокруг, громко разговаривая и оглашая эту часть зала взрывами хохота.