Девятнадцать сорок восемь Том VI

Спустя несколько минут краб в какой-то момент просто неожиданно замер и повалился вниз.

— Чего... — удивленно уставился я на своего соперника. — Это всё?

— Победитель и второй полуфиналист, Фирс Неогранный! — Во всеуслышание объявил куратор. И сразу же после этого зал начал ликовать. Только непонятно чему именно.

В это же время Деревяшка подошел к поверженному крабу, пнул его ногой и отправился на выход из арены.

***

Маргарита провела по щеке Фирса ладонью и с улыбкой поцеловала в губы.

— Ты какой-то не такой в последнее время, — произнесла она.

— В последнее время у меня нет времени ни на что, — устало пожал плечами Фирс. — Тут и турнир этот, готовка на целую толпу... А я ведь не просто полы тут мою.

— Ты учишься, — с улыбкой произнесла девушка. Она тяжело вздохнула, оглянулась и остановила свой взгляд на коробке с мертвыми змеями и тушкой зайца. — И мне тоже не помешало бы... Совсем запустила.

— Занимайся, — кивнул одаренный уборщик, притянул за талию девушку к себе и поцеловал.

— Ужин сегодня ждать? — спросила Медведева погладив по груди парня ладонью.

— К сожалению — да, — горько усмехнулся Фирс.

— Слушай, шеф-повара не все же сами готовят, — вдруг задумчиво произнесла Маргарита. — Ну, там человек по овощам, человек по мясу. А еще есть человек по соусам. Понимаешь к чему я?

— Заставить их готовить вместе? — задумался Фирс.

— Почему нет? — пожала плечами девушка.

— Я подумаю, как это организовать.

Поцеловав девушку на прощанье, он вышел из прозекторской и направился в парк.

Погода была необычной.

Не смотря на то, что ветер был ощутим и кончики деревьев заметно гнулись под его порывами, на небе не было туч. Вместо них по голубому небосводу плыли белоснежные барашки облаков.

Неторопливо, с какой-то ленцой, как стадо сонных овец они брели в одну сторону, словно по велению невидимого пастуха.

Фирс прошел к лавочке и уселся недалеко от поющей осины.

К его удивлению вокруг было мало народа. Может быть дело было в том, что сейчас шли занятия, но Фирс всегда старался приходить сюда, когда погода была ветреной.

В штиль, древнее дерево самостоятельно едва заметно шевелило ветками, издавая едва слышную музыку. А вот во время ветряной погоды музыка была более громкая, яркая и насыщенная.

— Отдыхаешь, — раздался голос профессора артефакторики совсем рядом.