Студент из прошлого тысячелетия

— Но первый и последний раз, ставь меня в известность, когда затевается нечто подобное.

Мы пошли по переулку, удаляясь от места стычки.

— Держи, — протягиваю десять тысяч.

— Э-э-э-э, — замыкает Юсупову. — За что?

— Считай это первой зарплатой, — ухмыльнулся я.

Гнев на девушку уже утих, как и вызванный демоном резонанс в душе. Сознание накрыло спокойствие.

Что она могла сделать против государства? Ничего, вот и не сделала. Надеюсь, урок пройдёт успешно и такого не повторится.

— Кем притворялся дух? — осторожно спросила она, шагая рядом.

— Он представился, разве ты не слышала?

— Асмодей? — Юсупова нахмурилась. — Я читала про него, но как и Илья, не понимаю…

— Тебе пока рано это понимать, — со вздохом отвечаю я. — Мне пора, увидимся завтра.

— Хорошо, до встречи, — прощается Ульяна и я взлетаю, свечой уходя в небо.

— Долго собираешься её водить за нос? — спрашивает демоница.

— Я никого не вожу за нос, если она хочет отвергать факты, её выбор, мне нужна крепкая команда, пока это не мешает, всё равно.

— Как знаешь, — укоризненно кидает Лилит и пропадает.

Спускаюсь на землю через полчаса, оказываясь у ангара с кузней.

— Нет, не надо, нет! — слышу крики.

Вхожу внутрь, наблюдая, как Софья стоит перед связанным парнем на коленях, а Мара ходит вокруг, играя кинжалом.

— Может кусочек? Во-о-от такой, маленький! Никто и не заметит… — пытается договориться она, явно блефуя и просто развлекаясь, чтобы запугать пленника.

— Антон! — с радостью приветствует меня Софья. — Наконец-то…

— Митрофанов? — удивляется аристократ.

— Как тебе моя партия? — спрашиваю у него.

— К..к..какая партия? — дрожит одетый в одно исподнее Баламутов, умоляюще складывая перед собой связанные руки. — Богом клянусь, я не хотел…

— Бога здесь давно нет!

Сказав это, со всей силы бью ногой в лицо, заставляя парня упасть на спину.

— Как тебе в голову пришла мысль, напасть на мою семью? — присаживаюсь рядом с ним, смотря в затянутые болью глаза.

— Я не собхххирался… — гундосит он, держась за нос.

— Кто за тобой стоит? — вежливо спрашиваю я.

— Он убьёт меня, ты не понимаешь, я не жилец, если расскажу… — быстро выплёвывает слова Баламутов, вместе с кровью из разбитого носа, которая залила губы.

— В противном случае, тебя убью я, — равнодушно говорю ему.

Тот лишь бессильно скулит. Упрямо жду, пока до него дойдёт вся тяжесть положения.

— Если расскажу, — начинает договариваться мужчина с блеском в глазах. — Ты отпустишь меня?

— Да, — киваю в ответ.

— Дай слово, — настаивает он.