Студент из прошлого тысячелетия

— Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать, кто не спрятался, тот пусть не гавкает…

Под полом слышатся звуки борьбы, а потом и возмущённый женский голос.

— Мы не собаки!

Следом мужской.

— Инга, ну вот кто тебя за язык тянул…

Глава 4. Из семейства псовых

— Выходите, — ласково зову я. — Мы вам ничего не сделаем.

— Ага, — доносится голос парня. — Сейчас я тебе исполню традиционный грузинский танец, ща-ща-ща.

— Вечно сидеть не сможешь, — аргументирую незримому собеседнику и уже тише своим союзникам. — Никому не лезть, что бы не случилось, я сам.

Жду ответа от подземных жителей, но слышу лишь тишину, а затем и чертыхания. Видимо собеседник прикинул перспективу долговременного заключения.

— А ещё, мы можем сжечь этот дом, — добавляю уже строже.

— Митрофанов! — возмущается Ульяна. — Мы не станем сжигать дом…

Делаю большие глаза и развожу руками, жестами говоря, “а как я ещё их выманю?”.

Слава богу аристократка ловит всё на лету, хоть и не с первой попытки, бракованная наверное.

— Сожжём! — гремит Юсупова, делая голос серьёзным.

— Пробовали пироги с собачатиной? — задорно спрашиваю у девушек.

— Мы. Не. Собаки! — кричит девчонка из подпола.

Проходит лишь мгновение и пол вспучивается от удара, летят в разные стороны щепки и передо мной предстаёт забавная картина. Из оскалившегося щепой провала вылетает девушка оборотень, не закончившая трансформацию. Тело человеческое, судя по аппетитным формам, а вот всё остальное в густом ковре волос.

В общем одно только шерстяная не учла, что на ней порвётся вся одежда, кроме трусиков и бюстгальтера.

— Тебе бы на депиляцию или как это там называется, — невозмутимо говорю волчице, что встала напротив, чуть пригнувшись и занимая боевую позу. — Как говорится, мужчина не примат, зов джунглей его не привлекает.

— Ар-р-р-р-р-р… — рычит оппонентка и произносит ломаным голосом вперемешку с хрипами.

— Миленькое бельё, где покупала? — добиваю шерстяную, указывая пальцем на грудь.

Та бросает неуверенный взгляд вниз, а затем на меня, но в глазах уже нет ярости, там плещется океан стыда. Вот тебе и волковатая амазонка, не стоит забывать, что в первую очередь она девушка. Юная девушка, судя по несдержанности.

Но момент растерянности проходит и на меня несётся разъярённая фурия, активно изображая мельницу.