Ваше Сиятельство 1 (+иллюстрации)

Если я сказал Айли, что роботы – это ее, то виманы – это точно мое. Любовь к ним перешла от отца. А отец… когда, шутки ради, с графом Голицыным они посетили оракула при нашем храме Сварога. Тот гадал сначала Голицыну, посулив славу и высокие имперские должности, а моему отцу гадать на будущее отказался, зато сказал:

«Твои предки были арии. Самые высокие арии при дворце. В арийских виманах твоя жизнь и, может быть, там твоя смерть».

Я слышал это, потому что стоял рядом. А отец попросил ничего не говорить матери.

Вимана доставила нас к посадочной площадке возле дома Синицыных, я расплатился, отсчитав семнадцать рублей. Проводил Айлин и нежно попрощался с ней на пороге ее дома, при этом, кажется ее отец стоял в гостиной. Потом пошел к себе, прокручивая в памяти события сегодняшнего дня: хотя они не были такими яркими, как недавний поединок с графом Сухровым, явление Геры или произошедшее с Айлин в постели, но их было очень много и все они для меня имели большое значение. Одно только появление мамы утром чего стоило! Я вспомнил о Даше, представив, насколько ей тяжело дался этот день – уж графиня Елецкая умела сделать так, что слуги хватались за сердце от ее нравоучений.

И увы, я ничем не мог помочь госпоже Новоселовой, потому что не мог остаться с ней рядом. Думая о ней, я уже подходил к дому, когда вдруг увидел…

Увидел ее, сошедшей со ступеней нашего особняка. Мне оставалось еще пройти более двух сотен шагов, но уже развеялись последние сомнения – это была Даша. В левой руке она держала дорожную корзину, в правой чемодан.

Неужели мама не вняла моим словам и решила ее выгнать?! В дальнем конце улицы показался эрмимобиль. Опасаясь, что она сразу уедет на нем, я ускорил шаг, потом побежал.

- Ваше сиятельство… - увидев меня Даша опустила на землю чемодан и покраснела.

- Даша! – я взял ее дрожащую ладонь. – Что случилось? Мама уволила?

- Нет… - она покосилась на дверь нашего дома. – Она отправляет меня в «Чайную Розу».

«Чайной Розой» называлось наше поместье на Кипре, и я облегченно вздохнул.

Что ж, со стороны моей мамы это было соломоновым решением. В любой другой ситуации служанка могла бы счесть это удачным, очень желанным повышением.

- Слава богам! Так радуйся, Даш! Она тебя сильно ругала? – я достал пачку «Никольский», закурил и подал знак извозчику подъехавшего эрмика ждать.

- Ну… да, - она кивнула, отведя взгляд. – Сильно. Так стыдно. Я плакала, хотела просто все бросить и сбежать. Потом маменька смягчилась.