Больное зелёное небо. Книга II: Горвадское подполье

— Добрался, — сказал он сам себе и тихонько засмеялся.

Из-за высоченного забора только верхушки соседних домов проглядывали, играли где-то блики от мигающих вывесок. Виднелись и звёзды немного, только самые яркие.

Арефей понял, что засмотрелся. Он резко выдохнул, чуть попрыгал, словно проверил, держат ли его ноги. И вошёл в подсобку.

Там было темно, непроглядно. И тихо. Арефей подождал, пока глаза чуть привыкнут, пошёл осторожно, шаря в темноте руками. Не было похоже, что тут кто-то есть. Но стоило об этом подумать, как за спиной шорох раздался.

— Ставран? — шёпотом позвал он. — Ставран, это ты?

Шорох повторился с другой стороны. Арефей снова обернулся, и лицо ему какой-то мокрой тряпкой зажали. Ударил в нос резкий запах, выступили слёзы на глазах. Арефей затрепыхался, но быстро почувствовал, какими тяжёлыми стали его руки, как ослабли ноги. И как сильно захотелось спать.

***

Тяжеленные веки приподнимались и падали. Арефей попытался пошевелить руками и ногами, те вяло отозвались и тут же их будто сотнями иголок закололо.

Только через пару секунд Арефей сообразил, что он в дурацкой позе то ли сидит, то ли лежит на заднем сиденье машины. Медленно повернув затёкшую шею, он увидел рядом с собой незнакомого паренька, одетого в чёрный кожаный плащ, какой носили все молодые члены семьи Ульдт, когда поздними вечерами уезжали в город.

Машина резко завернула. Огней в пролетающем снаружи городе вдруг стало меньше, пропали цветастые вывески, остались лишь редкие фонари, за которыми чернели угрюмые дома.

Арефей разглядел водителя, но понял только то, что и его видит впервые в жизни. Он стал думать, что дальше делать, как выбираться, и тут с переднего сиденья к нему повернулось знакомое лицо.

— О! Проснулся! — усмехнулся Ставран.

Арефей хмуро уставился на него. Но не успел он ничего сказать, как Ставран отвернулся обратно. Остальные тоже лишь коротко глянули на Арефея. Машина снова резко завернула, заехала в какие-то тёмные дворы и остановилась. Ни единого фонаря, ни одного окна с горящим за ним светом. Все вышли из машины, один Арефей так и остался внутри. Ставран подошёл к двери с его стороны, открыл. Постоял, молча глядя на Арефея.