Профет

Со временем наша тропа пролегала через такое ущелье, где снежная крыша образовывала целый длинный, в метров триста или четыреста, навес. Жутковатый участок нашего пути представлял собой бесконечный голубовато-белый туннель.

Сверху — снег, слева — скала, справа — бездна.

Перед этим местом Мешка дал сигнал остановиться и, махнув рукой, подозвал к себе Иваныча.

— Смотри-с! — сказал он. — Видишь? Пройти можно-с. Почему не пройти-с?! Но ходить нужно, как ходит кошка поутру, когда ее хозяин отсыпается после испитого вчера танцевального зелья.

Чтобы, когда мышка бежала, хвостиком махнула, был слышен звук рассекаемого хвостом воздуха. Чтобы не топнуть ни разу. Чтобы бойцы ни слова не сказали, не кашлянули или чихнули. Крикни, стукни, хлопни по лбу, ойкни — нам конец. Снег устремится вниз. Полетят камни со скал. Хех! Будь тут не твой отряд, будь тут отряд армейцев, два отряда, три — все умрут. Всех укроет навечно снежным покрывалом лавина.

Иваныч крепким словом пояснил бойцам необходимость тишины и попросил поймать голову нарушившего тишину, продемонстрировав свой молниеобразный кнут.

— Чтобы падающая башка не наделала много гула, ловите, а то свои будете ловить, — вот и не поймешь — шутит он или серьезно.

Все замолчали.

Один за другим стали входить бойцы в жуткий туннель без единого слова, точно весь отряд моментально онемел, словно люди вдруг стали призраками.

Ничего из ряда вон выходящего не произошло. Снегом нас не укрыло. Когда же самое опасное место прошли, я со Степаном и новобранцами перевели дух.

— Дед Мешка, — спросил гусляр у нашего проводника, — а если бы я вдарил по струнам в туннеле? И он вытащил из-под струн натолканную ветошь.

— Когда жизнь станет не мила, паря, — сказал он спокойно и, улыбаясь по-доброму, — когда захочешь поставить точку, приходи сюда да врежь самую заводную на своих гуслях. Горы проснутся, только ты коснёшься струн. Они не любят шума, особенно когда спят.

Наш отряд двинулся дальше, кто-то краем уха слушал беседу старика с юнцом, кто-то дремал на ходу, пока Иваныч не видит.

Пройдя страшное место, народ успокоился, развеселился. Самое трудное место было пройдено, теперь скоро привал!..

Эх, не знали мы, что нас ожидает.

А ожидали нас жуткие вещи.

К вечеру этого же дня на отряд напали восьмилапы. В горном лесу нас ожидали за необъятными стволами и огромными камнями хитрые твари. Битва была быстро окончена, бой был жестоким, у нас даже появились раненые. В сумерках то тут, то там сверкали безумные глаза голодных зверюг.