В новом мире грязь всё та же

Что тоже самое означало для Виктора? Ну… Если быть кратким, то он за несколько секунд телепортировал их головы в неизвестное мне место.

Когда он закончил, у нас появилось время для разговора.

— Откуда ты здесь? — Первое, что я спросил.

— Из Фоллса, — ответил он, — а, или вообще? Я до этого в Лафоле отдыхал, прекрасное место, надо бы тебе показать как-нибудь…

— Я имею ввиду, — прервал я его рассказ, — зачем ты пришёл?

— Да вот, за тобой и пришёл.

— Я рад, что ты здесь, но как тебе меня вообще удалось найти?

— Мне пришла весточка от семьи Долос.

— Погоди, — я вспомнил об оставшихся в лагере, — там в лесу есть убежище этих разбойников, у них есть пленники.

— И что с того?

— Помоги мне добить остатки этой шайки и вытащить оттуда людей.

— Ладно, показывай дорогу.

Телепортироваться в места, которые не видел и представления о которых не имел, Виктор не мог. Он поддерживал меня, чтобы я не падал, так мы и шли. По дороге он вдруг будто вспомнил что-то.

— Кстати, я слышал о том, что ты натворил в Бригтауне. — Сказал он.

— Об этом, наверное, уже каждая собака знает…

— Вообще, нет. Точнее, да, но… — Он несколько сбился с мысли, а потому некоторое время подбирал слова. — Короче говоря, о произошедшем знают все, но вот о том, что это был ты — почти никто. То есть, не в курсе, что ты — тот самый когда-то похищенный и пропавший без вести Марк.

— Можно нескромный вопрос?

— Конечно.

— Нет, даже два. Ты всё ещё хочешь, чтобы я занял твоё место? После того, что я сделал?

— Само собой хочу, у нас же уговор, разве нет?

— Да, да…

— Вот видишь.

— Почему ты тогда не сопроводил меня лично?

- Потому что раньше у нас никого похищали, наверное. — Он развёл руками, отпустив меня, из-за чего я чуть не упал. — Ой, прости. Детей, распределяемых из императорской семьи, иногда могут перехватывать по пути, такое и правда случается, но никто никогда не пытался выкрасть кого-то из рода Мания. Да и мне было, чем заняться помимо сопровождения тебя.

— Что ж, звучит весомо.

Когда перед нами показался лагерь, мы с Виктором переместились прямо в его центр.Спокойствие и абсолютно наплевательское отношение к врагу моего неожиданного союзника передавались и мне. Вот к нам сбегаются остатки шайки, намереваясь навалиться все разом, а я пальцем тычу туда, где должны быть люди, которых нам нужно спасти.

- Слушай, а почему именно такое слово, «перевёртыш»? — Спрашиваю я у Виктора.