В новом мире грязь всё та же

— Я, в общем-то, ничего в данной ситуации сделать и не могу. — Честно ответил я.

— Вот тут ты прав.

— Так и… Чего делать со мной будешь? Просто любопытно.

— Дай-ка подумать… — Он сделал вид, будто и вправду задумался. — По-хорошему, тебя бы стоило запытать до смерти или заживо выпотрошить… Однако, это было бы не так выгодно. Приятно, справедливо, но не выгодно.

— И то верно.

— Тебе повезло, что ты у нас такой всем нужный.

— Кому это я сдался? Ну, помимо стражи Бригтауна, конечно.

— Я не сдаю своих подельников.

Я не попал в яму к остальным лишь по одной причине: надо мной там могли свершить самосуд, а с моего трупа разбойникам поиметь нечего. В прочем, протез у меня всё же забрали. Определён я был под круглосуточное наблюдение в своём шатре. Насколько я понял, если они не дождутся до денег от таинственного покупателя, скорее всего той женщины, то меня просто сдадут за награду, как Илья и планировал в самом начале.

Меня не кормили и не поили, отчего я начинал понемногу чувствовать слабость. Ситуация кажется безнадёжной, и сделать мне в ней нечего.

***

День был очень неприветливый, с утра был ливень, потом началась гроза. Тучи были чернее моих мыслей. Та женщина приходила вновь, но Илья потребовал за меня в три раза больше, когда один из его подчинённых вернулся из Бригтауна и рассказал, сколько Там платят за мою голову. Сделка сорвалась, так что меня собирались конвоировать в пострадавший из-за меня город.

Рассчитывать на что-то кроме казни не приходилось. Я ехал молча, игнорируя попытки Ильи о чём-то заговорить со мной, его идиотские истории и рассказы о его убеждениях. С чего он вообще взял, что мне интересно узнать поближе такую сволочь?

Когда небо в очередной раз разразилось раскатом грома и вспышками молний, мы остановились. Главарь сразу начал в резких тонах интересоваться, почему мы встали. Он предполагал, что молния повалила дерево на дорогу.

Я вышел из лабиринта своих мыслей и включился в реальность тогда лишь, когда увидел на лице Ильи новое, незнакомое мне выражение. Тогда я встряхнул головой, как бы переключая свои органы чувств в нормальный режим, и понял, что это было за выражение на лице главаря. Понял, когда услышал его голос. Это был страх. Он спросил: «Что значит человек?»

Глава 11

Илья волновался, сильно волновался.