В новом мире грязь всё та же

Я активировал протез руки и заблокировал его нож, попытавшись схватить за руку, но он вдруг выпустил оружие из рук, опустился к земле и ударил меня ногой по протезу. Боевой интеллект на месте: предположил, что искусственную конечность проще вывести из строя, нежели настоящую. Правда, мою сделал Филипп. Ударившись о протез, он вскочил и схватил на лету свой нож другой рукой, проводя колющий удар мне в шею. Уклониться было невозможно, а поэтому я воспользовался его агрессивным стилем, пнув Максимуса в живот, из-за чего его удар отклонился, задев моё плечо по касательной.

Хотелось применить магию, но я понимал, что использовать заклинание сейчас означало бы признание слабости. Пусть я и мог бы поломать ему конечности как прутики, использовав усиление от «рассвета».

Противник же мой даже не собирался прекращать наседать, вновь перебросив нож в другую руку. Правда, я начал понимать суть его стиля боя. Я притворился, что не успеваю отойти, чтобы в последний момент, когда почувствую, что клинок коснулся моего тела, отклониться.

На него сработала такая простая обманка, нож в итоге лишь поцарапал меня у ребра. Руку его я схватил, потянул его на себя и провёл захват, из которого он не мог выбраться.

Оказавшись на земле, Максимус завыл от ярости, начав вставать прямо со мной, висящим на его руке, хватаясь ногами за шею. Пришлось приложить силу иначе. Услышав хруст, я отпустил его руку, резко вставая и подхватывая вывалившийся из его руки клинок. Он не собирался сдаваться, также быстро оказавшись на ногах и уже надвигаясь на меня.

С ножом в ноге он лежал на земле, пытаясь его вытянуть, чего я ему сделать не дал. Я наступил ногой ему на горло и слегка надавил. Я не душил его насмерть, хотя мог, просто не давал сопротивляться. Успокоился он только после того, как я сломал и вторую его руку, больше не имея возможности встать.

Я отошёл от недобитого Максимуса и сказал, обращаясь сразу ко всем:

— Разве должно племя терять сильного воина? — Я указал рукой на поверженного оппонента. — Нет! Он должен жить, чтобы племя становилось сильнее!

— Добей его! — Кричали из толпы.

— Такова традиция! — Вторили им другие голоса.

— Выживет только один!

Не то, чтобы я ожидал иного…

— Ну что ж… — Начал я.