Багровый Руто

— Молодец, малыш, — как ни в чём не бывало воскликнула императрица и указала на белоснежную нишу с окаймлённым бахромой красно-чёрным штандартом на стене. — Теперь это место твоё.

— Интересный металл, — заметил я, подбирая копьё, что выронил при падении брат, и проводя пальцем по чёрному наконечнику.

— Разработка Сизой Реки, — пояснила лазурная. — В основе — три компонента, которые можно добыть только в их землях… К чести сизых, они не стали утаивать от меня ни технологию, ни сырьё. Вот что я называю мудрым правлением.

Интересуешься оружием, малыш?

— Только пользой, которую из него можно извлечь, — ответил я и метнул копьё.

Не то чтобы я на многое надеялся, но и копьё, и магический удар, и последовавший электрический разряд словно бы столкнулись с невидимой преградой в каком-то сантиметре от тела императрицы.

— Я же говорила, уже многие пытались, — она даже не шелохнулась, наблюдая за моими тщетными попытками.

Злости хватало, и я позволил ей вырваться наружу огненным вихрем, выпростать свои щупальца в направлении смеющейся престарелой стервы.

— Красиво, Руто! — выкрикнула та. — Но это всё не…

Я раскинул руки в стороны, разрешая пламени растечься по всему залу, с жадностью наброситься на обвешанные тканью стены, ворваться в камеры за золотыми решётками…

— Всё, достаточно! — взвизгнула императрица, простирая ко мне руки.

Тело мгновенно онемело, словно обколотое анестетиком. А следом и мысли потеряли способность двигаться — за миг до того, как сознание рухнуло во тьму.

Глава 79.

Потухший взгляд

Что-то щекотало щёку. Я открыл глаза и обнаружил, что валяюсь на пушистом белом коврике, какие устилали пол каждой клетки. Сел, огляделся. На задней стене по-прежнему висел чёрно-багровый штандарт, под ним лежал мягкий на вид матрас. Рядом стоял эмалированный поднос с заботливо порезанной на кусочки небесной медузой, розовой булочкой и внушительной кружкой фруктового отвара. Ниша за деликатной занавесочкой, очевидно, была отхожим местом. Вот и всё убранство.

Тело чесалось.

Со смущением я обнаружил, что меня отмыли до скрипа и облачили в чистую тёмно-красную набедренную повязку, такую же, какая была и у Туро. Я покосился на золочёные прутья, но плотный белый бархат за ними надёжно скрывал из вида зал. Подполз поближе, вытянул руку между прутьями — не достал даже кончиками пальцев. Впрочем, тут же раздался знакомый скрежет и занавес пополз вверх.

Императрица красовалась в центре зала уже в другом, не менее откровенном наряде.