Заново рожденный

И на что я только рассчитывал? Напряженные тренировки с отцом заметно улучшили мои навыки рукопашного боя, но не настолько, чтобы противостоять одновременно нескольким мало-мальски опытным бойцам. Пробудившаяся незнамо как могущественная магия? Так если я к ней обращусь – поубиваю всех в округе, себя в том числе. Понятия же не имею, как правильно ею управлять.

И все же, а что еще мне оставалось делать? Пройти мимо столь вопиющей несправедливости и жестокости? Да я бы ненавидел себя за это всю оставшуюся жизнь.

Но что сейчас? Заговорить врага до смерти?

– Охо-хо.

Позади нас с Дашей раздались звучные аплодисменты. Мы обернулись.

Обстановка накалялась: новым действующим лицом стал никто иной, как Даниил Аксенов, сын министра иностранных дел Империи. Парень смотрел сверху вниз, с царственным снисхождением, даже на Аксакова, Львова и Вельяминовых. Аксенова сопровождал уже знакомый мне бледный сокурсник с брезгливым выражением лица, Аристов, и длинноногая, модельной внешности блондинка с вышитым на школьной форме изумрудным драконом.

– Какое удручающее неуважение со стороны слуг, Николай Дмитриевич. – С деланным сочувствием покачал головой Даниил. – И это у семьи столь авторитетной. Какая жалость, какая жалость.

– Не лезьте. – Прошипел сдавленно Аксаков, сжав могучие кулаки. – Это не ваше дело.

– Ну что ты. И в мыслях не было. Пока не почувствовал, что тебе нужна помощь – вдруг, не справишься, с таким-то бравым смердом.

Даша в панике вцепилась в мою руку. В принципе, я понимал девушку: количество отпрысков могущественнейших родов на квадратный метр зашкаливало. Каждый из присутствующих, по сути, щелчком пальцев мог решить судьбу Лукиной. И, верно, мою, если бы не одно «но» – непоколебимое расположение императора Александра Третьего к Михайлову-старшему.

– Кхм-кхм. – Я намеренно громко прочистил горло.

Гулять – так гулять! Если есть шанс настроить против себя сразу с полдюжины представителей влиятельнейших кланов России, так отчего бы им не воспользоваться?

– Николай Дмитриевич, оно все еще разговаривает. – Не удостоив меня и взглядом, заметил Аксенов. – Ты не справляешься. Могу и предъявить за подобную дерзость со стороны твоего слуги.