Тысячеликий Какаши

Вздохнув, положил банные принадлежности и прыгнул со двора на ближайшую крышу. Минато меня уже ждал на балконе своего дома, листая какую-то книгу в самодельной обложке.

— Долго же ты, — проворчал сенсей и протянул мне свиток. Не став донимать Намикадзе вопросами, я вчитался и не поверил своим глазам: меня, Киное и Майто сделали одной командой.

— Здесь, — сунул сенсей в руки еще три свитка, — документы Киное, Майто Гая и ваше первое совместное задание.

— Когда выходить? — уныло.

— Еще вчера.

— Чтоб вам плохо спалось, сенсей!

Хмурое выражение лица Минато сменилось ехидной улыбкой.

— И яйца к ногам постоянно прилипали, — дополнил я.

После такого «пожелания» пришлось улепетывать сверкая пятками.

Уже утром мы шагали по дороге к заказчику, которого требовалось сопроводить в Страну Горячих источников.

— Сила Юности! Бла-бла-бля… Сила Юности! Какаши, почему ты такой мрачный?

— У меня личная жизнь налаживаться начала, а меня с вами услали! С чего мне радоваться?!

Киное быстрее сообразил, что меня лучше не трогать, а вот Гай над ухом зудел без остановки.

Но Гай был меньшей из моих проблем, заказчик оказался заказчицей, а караван не товаром в баулах, а школой благородных девиц на выгуле!

Им, понимаете ли, мир показать надо, прежде чем вернуть в родные пенаты.

Каждый фургон был оборудован, как комната на одного человека со всеми удобствами, а нам втроем предлагали ютиться в одной маленькой повозке в хвосте.

Что можно сказать о знакомстве с ученицами?

Девки выглядели оголодавшими, потому что плотоядными взглядами шарили не только по мне и Киное, но и по Гаю.

Впрочем, девчонки тоже красотой не отличались; симпатичные были, но вот таких чтобы шею можно было свернуть, когда она мимо идет — ни одной.

— Какаши, — затравленно озираясь, прошептал Киное, — они так странно на нас смотрят.

Похлопав товарища по плечу, сказал: — Знаешь, что такое гон у животных?

— Что? — задумавшись, всё же ответил. — Период спаривания, да? … Какаши? Причем тут это? Какаши!

Глава 20 Нечаянно обидевший

Пока Гай, ослепительно лыбясь, бегал вокруг, я и Киное сидели на крыше центральной повозки. Могло показаться, что мы выбрали стратегически удобное место, но на самом деле просто сбежали туда, где нас не достать.