Великое Сибирское Море

Олег посмотрел на Сашку. Карие глаза мальчонки глядели на отца с надеждой. Нет! Отдавать сына твари он не собирался. И пусть старики говорят, что угодно, пусть хоть сотней своих детей жертвуют ради собственного спасения, он этого делать не станет. Да он лучше отрежет себе руку и отдаст кусуре, чем позволит тому сожрать Сашку.

Льдина покачнулась. «Черт! Голова закружилась от нервов», — подумал Олег, не сразу сообразив, что горизонт начал заваливаться.

— Папа! — закричал Сашка, упав на спину и начав скользить в сторону проруби.

Олег завалился на бок, со всего маху воткнул нож в лед, потянулся и поймал сына за руку.

Прямо на него катился рюкзак со снастями и единственная возможность осуществить задуманное спасение. Олег примерился и поймал ногой рюкзак за лямку.

Глянул туда, куда все катилось. На льдине виднелась верхняя челюсть твари, вцепившейся зубами в край и перевесившая многотонный плот, наклонив его.

Еще мгновение черные ноздри монстра выдыхали исходящий паром теплый воздух, а затем исчезли в пучине, позволив льдине медленно принять горизонтальное положение.

Раздался громкий плеск, и черная волна ледяной воды покатила к большому льду.

Кусура всплыл с другой стороны. Из воды взлетел огромный грудной плавник и с силой обрушился на край льдины. Кусок откололся и завертелся в водовороте. Тварь снова исчезла.

«Он что, раскачивает льдину?» Олег оглянулся, ожидая появления монстра с другой стороны. И не ошибся. Снова повторился прием с наклоном и отпусканием.

— Твою же мать! — выругался Олег вслух.

Сашка лежал на белом припорошенным снегом льду, крепко держался за отца и беззвучно плакал. «Смелый парнишка», — подумал Олег. Сам бы он в его возрасте уже рыдал в голос. «Черт! Как же все не вовремя! Будь у меня дар силы, огрел бы тварь каким-нибудь огненным шаром, прогнал и делов-то. А там уже как-нибудь выкрутился бы. Магия, дала бы нам шанс выжить. А так…»

Олег вновь посмотрел на сына.

— Па, я знаю сказки, — глотая слезы произнес Сашка.

— Замолчи! — прикрикнул Олег на сына. — Замолчи, — произнес он тише.

«Чертовы боги! Почему вы не дали мне дара? Почему я должен жертвовать сыном ради своего спасения? Вам бы такую участь! Да хрен я его отдам!»

За спиной послышался плеск потревоженной воды и почти сразу за ним раздался глухой удар. Льдина вздрогнула, как от взрыва перед половодьем, и резко начала крениться.

Олег оглянулся.