Частный дознаватель

Признаюсь, сломить ожесточённое сопротивление эротичного устройства было крайне нелегко: когда я насилу справился с задачей и над коридором наконец раздался победный звон падающих цепей, мои руки превратились в раскрасневшиеся от трения сосиски и я не мог и пальцем пошевелить, не вызвав жуткой боли в области кистей. К слову, розовые наручи так и остались на моих руках, поэтому мне пришлось запихнуть их под рубашку.

После проделанной работы по спасению чужой репутации, я вежливо постучал в дверь и приготовился входить.

Готовился я, как это обычно бывает, зря: дверей передо мной никто не открыл. Должно быть, в гостевых комнатах клуба было не принято встречать гостей, — какая ироничная тавтология.

Я постучал ещё раз. В кругляшке цифры пять неожиданно возник дверной глазок, из которого на меня уставился подбитый, сиреневого цвета глаз.

— Он нас вычислил! — глазок резко закрылся, и в комнате воцарился непонятный шум.

«Наверное, у них бардак и они стесняются своего беспорядка перед гостями.

.. Или же бандиты очень хорошо меня запомнили, что обычно и бывает с теми, кто когда-то бил их по морде и водил носом по земле»

Я не ждал чуда, отпирающего нерадивым детективам всякие двери, но и сделать что-то полезное для следствия никак не мог: выбивать выпускающе-впускающие преграды не входило в умения Лойда де Салеса. Поэтому я спокойно настраивал себя на благоприятный случай, и он, каково удивление, всё-таки наступил: спустя пару минут после начавшегося за стенкой балагана дверь резко распахнулась и в меня полетел огромный кулачище.

Мне не составило труда уклониться от надвигающегося айсберга и контратаковать апперкотом в челюсть.

Красный Гарри упал во второй раз. Его коллега, по-видимому, жёлтый Гарри (я понял это по его «весёлой» рубашке), оторопело прислонился к комоду с цветами и схватился за сердце. Бедняге стало плохо.

— И чего ты стоишь, как хер на свадьбе! — воскликнул спрятавшийся за письменный столом Пастушок, прикрываясь стопкой документов.

— Уделай его!

Громила в жёлтой рубашке справился с эмоциями и неуверенно двинулся в мою сторону. Когда он-таки до меня добрался, мне пришлось любезно сложить его к Красному Гарри. Пастушок был в ярости.

— Ты знаешь, кто я такой, де Салес?! — малыш смешно бегал по комнате, выискивая норку, где бы он мог спрятаться. — Я дальний родственник Черри висельника!

Я прикрыл дверь, чтобы никто не мог нам помешать, и принялся гнать бандита в угол.