Итан Хазгу. Проклятый лес

Тотем, вот это что, — всплывает в голове подходящее слово, но кроме этого понимания ничего не приходит. Вроде бы не должно быть видно этой штуки… Или нормально все? Ладно, позже вспомню.

Крадучись, перемещаюсь от дерева к дереву, оглядываясь по сторонам. Нельзя, чтобы враги меня заметили первым. Подхватываю с земли увесистый сук, длиной метра полтора. Тяжелый, но ухватистый, на первое время сгодится. Замечаю впереди лесную сторожку и едва успеваю отшатнуться за дерево — из-за угла выходит бородач с топором на длинной ручке и в рогатом шлеме закрывающем лицо почти до рта.

Сползаю вниз и аккуратно выглядываю, маскируясь за высокой травой около самого ствола. Таак… Мужика уже нет, и куда он делся непонятно. Может, в избушке сидит и в окошко наблюдает… Или ушел в другую сторону.

Хрустнувшая под ногой ветка подвела нападавшего, звук был едва слышен, но я отшатнулся назад и едва разминулся с лезвием топора, который с хеканьем обрушил на меня нападавший. Он вложил столько силы в этот удар с двух рук, что разрубил бы меня пополам, если бы попал.

Но топор врезался в землю, а мужика по инерции качнуло вперед. Второго шанса я ему не дал — шагнул вперед и вбил сжатый кулак в горло сбоку.

Врезал что надо! Враг захрипел и начал заваливаться в сторону, так и не выпуская рукоятку засевшего в земле топора. Перехватив шлем за рог, я сдернул его с головы противника, а затем перевернул и прыгнул сверху на упавшего, с размаху вбивая железку в незащищенный висок. Не убил, но уж наверняка ошеломил! Хрипит, гад, шевелится…

Бью снова и снова, стараясь, чтобы попадать кромкой.

Вскоре мой противник перестает дергаться, а я встаю и тяжело отдуваюсь. Моя одежка вся в брызгах крови, руки в ней почти по локоть, да и на морде хватает. Наскоро утираюсь и, пригнувшись, ухожу с места схватки, унося собой шлем и топор.

БОММ!

Протяжный звук огромного гонга раздается где-то сверху и раскатывается по окрестностям.

— Каждые пять минут пространство Арены уменьшается на двадцать шагов, — вспомнились мне слова местного распорядителям.

— Вас будут гнать к центру, чтобы не вздумали отсиживаться по углам.

Откуда-то издалека доносится протяжный и отчаянный вопль, эхом откликнувшийся от холмов. Режут кого-то?

Шагов через сто, немного не успев выбраться на вершину холма, замечаю движение сзади и замираю, стараясь слиться с ближайшим деревом.

Это пес! Матерый волкодав неспешно трусит за мной. Заметил, никаких сомнений, теперь не отстанет.