Итан Хазгу. Проклятый лес

Не знаю как, но Хваргу сотоварищи удавалось находить последователей Линьерги-владычицы буквально везде. Так ловко они обращали простых людей в свою веру, что я прямо диву давался. Приехали ввосьмером, а отбывает уже десять человек.

Кайел кривился, говоря, что без места силы сектанты долго не протянут, но против новичков в отряде не возражал. Тамаш, Хварг и Крал и подолгу с ними беседуют, что-то разъясняют, учат правилам и молитвам. А Вовах, четвертый из тех, кто выжил после абордажа, обучает владению арбалетом и топором.

Сегодня наш путь лежит по заросшей дороге вдоль небольших холмов. Как рассказал один из возниц, доставивших нас сюда, этот тракт ведет к Диким и к деревне Харчи. Там всего три двора, да и неизвестно, живет ли кто-то. Давно не было никаких вестей.

— Что за Дикие? — полюбопытствовал я, и получил удивленный взгляд от крестьянина. А заодно и тычок под ребра от Кайела.

— Не пугай честных людей своими шутками, Итан, а то в имперцы запишут, не отмоешься, — укорил он меня.

— Дальше пойдете сами, — объявил Горыл, разворачивая телегу. — Сами видите, здесь осыпь, а дальше дождями склон размыло. Да отсюда и недалеко уже. Идете туда, понемногу забираете к реке и там, по берегу еще день-другой вам топать. К Диким не суйтесь, мало ли, какие у них дела творятся. Они же, считай, от животных недалеко ушли.

На том и распрощались, забрав свои нехитрые пожитки и припасы. Сегодня мы уже никуда не пойдем, а устроимся на ночлег где-нибудь здесь, темнеет уже. Мне-то было бы нормально и ночью шагать, но обычным людям это не под силу, так что разбили лагерь.

Еда, разговоры — все как у отдыхающих с дороги путешественников.

Темная фигура возникла в свете костра совершенно внезапно. Ее появление не заметил ни я, ни Кайел, а часовые так и вовсе прозевали. Невысокий воин, облаченный в шкуры и мокасины, возник из темноты, и замер на самой границе света, молча глядя в огонь. Языки пламени освещали его татуированное лицо с несколькими шрамами и вытянутые вверх уши, украшенные мелкими косточками.

Он глядел в костер, и пламя как будто слабело под его взглядом. Из оружия у незнакомца было короткое копье, сейчас упертое пяткой в землю, костяной нож-серп на поясе, выточенный, вроде бы, из ребра какого-то существа, и что-то типа боло — веревка с привязанными на концах грузами.

Постепенно разговоры смолкли — все заметили гостя, но, подчиняясь знакам Кайела, ничего не предпринимали.

«Чего ему нужно?», — думал я.