Итан Хазгу. Проклятый лес

— Выбирать и торговаться возможности не было, — объяснил я. — А что с сектантами? Ты просто забудешь о них и уйдешь?

— Не хотелось бы. Они полезные, у них есть большая ладья. Но с ними есть и сложности… В общем, еще не решил, — помотал головой Кайел. — Пока пусть тут живут, они привыкли уже.

— Понятно, — вздохнул я.

— Отправляемся немедленно? — Кайел не спеша потянулся и его мечи исчезли. — Прикажете подать лодку, господин Итан Хазгу?

— Лодка будет к вечеру, я договорился с одним типом…

— Уж не с Кралом ли? — усмехнулся Кайел.

— А ты его откуда знаешь?

— Так он из моих, — и сероволосый кивнул на лагерь сектантов. — Раз в несколько дней мотается за припасами. Так что лодка здесь припрятана. И я отправлюсь с тобой.

— Ладно. Тогда жду на берегу, Крал знает, где именно, — кивнул я. — И последний вопрос, Кайел…

— Да?

— Почему один из сектантов назвал тебя Ланьерга? Это ведь женское имя.

— Так им проще, — мотнул он головой. — Я для них что-то типа божества, и удобнее являться в женском образе. Страшном и кровожадном.

Глава 20

Ожидая на берегу, я незаметно задремал под лучами рассветного солнца. Я лежал на траве под звуки плеска волн и крики птиц и отдыхал, восстанавливая силы после ночных приключений. Шаги или скрип уключин лодки я бы услышал издалека, так что в своей безопасности не сомневался, позволяя себе расслабиться. Магический туман, беспокоивший меня ночью, исчез без следа, оставив только неприятные воспоминания. Я лениво прокручивал в голове разговор с сероволосым, удивляясь, как неожиданно и странно все получилось, и гадал, какие еще интересы он преследует, предлагая себя в попутчики.

Неожиданно я понял, что невдалеке от меня кто-то есть. Распахнув глаза и резко сев, я увидел толстяка Тукве, стоящего по колено в реке метрах в семи от меня. Его необъятное брюхо почти касалось воды, а к груди он прижимал свою культю. Сейчас он показался мне даже чуть ниже ростом, чем при первой встрече, то есть почти вровень со мной. Хотя я стоял на берегу.

— Верни мне руку, человече, — плаксиво попросил он.

— Сам виноват. Это теперь мой трофей, — и зеленый призрачный меч появился в моей руке.

Толстяк повернул к нему безглазую голову и презрительно хекнул.

— Ты тратишь на свое оружие сколько мадьи, что недолго продержишься в серьезном бою, — заметил он. — Убирай его и говори, что хочешь за мою руку.

— Я же убил тебя тогда, разве нет? — спросил я у Тукве, вставая на ноги.

— Меня нельзя убить.