Боливар исекая (ПВ-1)

Да ок, хочет правды-матки в лицо, я всегда могу нарезать её кубиками и засыпать кастрюлю с бульоном истины доверху.

– Конечно не хочешь, – благодушно сказал я, – после годика бессмысленных издевательств в тебе проснулась совесть и ты такая «воу, вот я сука конченая, паренька динамила, за человека не считала, а теперь он здесь власть. И власть неплохая, умная, все восхищаются, а я ненавижу. Его за удачливость, себя за то, что оставила в нём и себе только разочарование, всех остальных – потому, что среди них не нашлось никого лучше этого паренька.

Она неверяще смотрела на меня, слёзы моментально собрались в глазах, брызнули, потекли солёной дорожкой, а я продолжал безжалостно.

– На это всё накладывается падающая самооценка, ощущение бессилия, потому что тебе уже девятнадцать, а Дар всё не прокает, хотя стараешься как проклятая. И ты такая, «ну всё – это конец, время взойти на гору Двоих и отдаться на волю Создателям».

Она напряглась, бросилась на меня, но я был наготове, потому пригнувшись, сделал проход в ноги, взвалил её тушку на плечо и шустро завернул за угол дома.

За домом я опустил Суру, сразу выставил вперед левое бедро, которым заблокировал удар колена, плотно прижал эту сумасшедшую к себе и стал мерно говорить.

– Нападение на королевского наместника карается шестью различными видами казни, по усмотрению его королевского величества. По окончанию казни прах осужденного развеивается на ближайшей помойке. Не тот это путь для такой красивой девушки как ты. Потом, перед казнью, палач с подручными не раз над тобой позабавится. Ты же не одаренная, значит суд будет скорый и неправый. Да и будь правый – на людей бросаться нельзя, на представителей его величества прямо вообще нельзя-нельзя.

– Да, – хрипло каркнула она.

Я рискнул поднять свою голову, до этого вжимаемую ей в подбородок, а то мало ли, взбредет ей сечку мне сделать лбом. Приемчиков авантюристы много знают.

Глаза Суры блестели от слез, но первый шок осознания – что терзающие её мысли кому-то известны – прошел.

– Данные у тебя неплохие, – грубовато-изучающе выдал я, – упорная, терпеливая, красивая. Стерва немножко, но это потому, что вечно искала принца.