Свет и Тьма

Ведь и правда, растут дети без родительской ласки в строгости. Вроде по семь лет пацанам всего. Кажется, что все еще успеется, но время неумолимо летит, абсолютно не сдерживая ход и подкидывая одни проблемы за другими.

Володя снова застрял на польской границе, где, казалось бы, устоявшийся конфликт вновь начинает тлеть, будто в него подкидывает углей кто-то третий. Хотя почему «будто». Папский Престол и германский Кайзер так и не оставили попыток напряжения границ Империи с помощью марионеточного польского трона.

Хотя бы десяток лет передышки, и Империя смогла бы вновь обратить уверенный взгляд в сторону европейских и заокеанских недругов. Но это понимает не только он, но и его венценосные коллеги, прекрасно осознающие, что как только медведь отдохнет, то сразу припомнит все укусы шакалов, что были получены за время царствования недоправителей.

Пока мир «баловался» Первой Мировой, России было не до соседей. Ослабленная за триста лет правления Романовых громадная территория, с вечно голодным, и по мнению западной аристократии, полудиким населением должна была стать призом победителю в общей свалке. Вот только к концу войны все участники настолько истрепали друг друга, что просто не заметили, восставшего из руин русского трона.

Вторая Мировая, внезапно остановившаяся в Империи за один день в июне 1941-го, когда войска германского Кайзера наткнулись на границе Белорусского княжества на возрожденную дружину Ольговичей, показала всему миру, что восстановление престола Рюриковичей и рода Опоры Империи — не средневековый пережиток, а полноценная реставрация истинной императорской власти.

За несколько часов дружина Тьмы и Хаоса перемолола авангард группы армий «Центр» вместе со всеми одаренными и поднятой авиацией в такую кашу, что армии «Север» и «Юг» так и не получили команды на выдвижение, простояв истуканами почти сутки вдоль границ, пока туда не прибыло огромное количество одаренных разных рангов, присланное родами.

Яркая и безоговорочная победа вселила страх в умы мировой аристократии, и о прямом противостоянии с Империей забыли почти на три десятка лет. Однако за внешней победой крылось внутреннее поражение — род Ольговичей снова оказался на грани исчезновения.