Франт 4

И такое я, старый циник, давно не верящий в бескорыстную искренность, уж не ожидал встретить в своей жизни.

Надо же? Как жаль, что я ничего к девочке не чувствую. Ну кроме жалости и всё же уважения, даже с некоторым восхищением.

Убежать, в общем, я ей не дал и совершил то, о чем наверняка еще тысячу раз пожалею:

— Хочешь, я покатаю тебя на своем драконе? — даже сам еще не до конца представляя, что конкретно имел ввиду, вскочив и притянув беглянку к себе, чтобы наши глаза оказались друг напротив друга, а губы приблизились, спросил я салатововолосую.

****

Утром следующего дня, борт «Беркута».

— Докладывай, — обратилась к визитеру розоволосая красавица, отложив бумаги, с которыми работала за дорогим письменным столом в роскошном убранстве капитанской каюты одного из лучших кораблей Зеленого Дома.

— Сегодня утром, когда фельдшер делал обход, был обнаружен скончавшийся от полученных несколько дней назад ран студент Герд Франт, — малоэмоционально и негромко, но предельно четко доложил своим мягким голосом мужчина невыразительной внешности и в непримечательном одеянии, и водянистые глаза которого были единственным местом, где можно было бы прочитать хоть какие-то эмоции данного неприметного господина.

— Один? — сложив руки в замок, удостоила наконец посетителя взглядом сапфировых очей статная красавица в темно-зеленом мундире с серебряным очень затейливым шитьем.

— Крольц ушла накануне. Вся заплаканная, — подтвердил докладчик.

— Кто-нибудь ещё приходил, уходил? — постучав указательным пальцем по обтянутой Мурда́нским сукном столешнице стола из Кари́пьской душистой древесины, уточнила хозяйка помещения, да и всего воздушного судна.

— Никак нет, — сразу же уведомил гость, а затем уточнил. — Кроме прочих соглядатаев от почти всех Домов, тех, что указаны в моем докладе двухдневной давности, и которые не мозолили глаз лишний раз — новых действующих лиц не было.

— Ясно, свободен, — чуть мягче, чем до этого, ответила прям «снежная королева», тем самым подведя итог аудиенции. Что, впрочем, показалось посетителю самой желанной наградой, о чем, собственно, капитан прекрасно знала, но большего себе позволить не могла. Не на людях же.