Знак крови

Мы перекидывались с Марфой парой фраз о ее доходе, и зачем она содержит этот бар, так с ее слов, чистого дохода в двадцать тысяч было прямо пределом мечтаний.

– Потому, – продолжал граф, – и застрял я в этой дыре. Родовой поезд продали, а на машинах повезли имущество из Питера. Куда ж мне влезть, когда кроме этих тряпок и диванов, еще всякие тетки, бабки и прочие родственники, коих я отродясь не видел, все решили в родовое поместье в Самару сбежать. Вот я и вызвался остаться тут, дождаться машины за мной.

В голове вертелись тысячи вопросов, но они касались таких основ этого мира, что я просто задавливал их в себе.

– Ну а вы-то кто, сударь? – граф, прищурив один глаз, сфокусировал другой на моем лице. – Расскажите о себе? Вы же тоже из Питера?

– Да, я простой студент, бежавший из своего любимого города. Денег, к сожалению, хватило только до этого места.

– Ай-яй! – укоризненно погрозил пальцем Бестужев, слегка усмехнувшись. – Вижу, что вы что-то утаиваете! Но я человек порядочный, коль мой спаситель не хочет о себе распространятся, быть, так сказать, инкогнито, то и я не буду его смущать своими вопросами.

Он захрустел сочным соленым огурчиком, рассматривая посетителей.

– Какие планы на будущее, граф? – спросил я его. После такого объема выпитого, такие вопросы уже не касались бестактными.

– Дождусь машины и в Самару, – пожал плечами Бестужев. – Буду крутиться, вертеться, искать деньги. У нас сроку до середины следующего месяца, там будет первый платеж по кредитам.

– И позвольте поинтересоваться суммой?

Дмитрий Алексеевич поднял бровь, помутневшим от алкоголя глазом рассматривая меня:

– Триста тыщ рублей.

– Хм, – я забросил в рот пельмешек. Тщательно прожевал его, раздумывая над своим планом. – Вы позволите, если я сделаю за вас первый взнос?

Граф выпрямился, с некоторым удивлением смотря мне в глаза:

– Вы странный человек, сударь, кстати, так и не знаю как вас зовут.

– Андрей, – торопясь, буркнул я первое имя, что пришло в голову.

– Так вот, Андрей, – продолжал граф, – вы очень странный человек. Поутру, перед тем как вернуться обратно в бар, я зашел в полицейский участок, попросил материалы дела по тому барону-мерзавцу. Они весьма поразительны. Три выстрела – три трупа. Причем, сделанные в полумраке, и один из них точно в лоб. Не каждый стрелок императорской гвардии на такое способен.