Императорский отбор

Дворянчик пытался во всем подражать мне — держался непринужденно, не сутулился, не прятал взгляд и почти не мямлил, и все равно я слышал бешеный стук в груди. Недаром говорят: как осла не наряди — все равно конем не станет, и распухшее после побега самомнение начало потихоньку сдуваться.

Юнец опустился на диван, поерзал, кашлянул в кулак и лишь спустя полминуты нашел достаточно смелости, чтобы просто попросить служанку сесть рядом. Блондинка подчинилась, не замечая (или отказываясь замечать) ничего подозрительного.

Мой тюремщик в свою очередь сидел, как на гвоздях, и все не решался осуществить задуманную подлость.

«Трофим, пожалуйста! Не ломай то, что я построил за эти дни. Мне это далось нелегко — я трижды чуть не погиб. Давай закончим с чертовыми смотринами, расстанемся миром и вернемся к своим делам».

Однако здравое в общем-то предложение было воспринято как насмешка и вызов. Его светлость подумал, что я принижаю его способности и решил действовать наперекор любой ценой. Результат, само собой, вышел соответственный.

— Тебе г-говорили, что ты красивая, — мямля и запинаясь, произнес новоиспеченный Казанова, едва ворочая пересохшим языком.

— Да, господин, — с легким удивлением ответила горничная.

— Давай вот без этого всего, — парень попробовал скопировать мой непринужденный современный стиль, но получилось, как получилось. — Зови просто по имени.

— Как пожелаете, Трофим Александрович.

Возникла неловкая пауза, какая обычно возникает, когда затворник и нелюдим знакомится с роскошной леди.

Амелия с интересом смотрела на собеседника, а тот не знал, что сказать, и то и дело покашливал, ерзал и поправлял впившийся в горло галстук. Точнее, он наверняка запомнил все мои фразы и без труда мог бы «подкатить» к красавице — если бы не патологический страх и неумение общаться с барышнями. Требовать что-то прямо — боязно. Осыпать комплиментами и «садиться на уши» — стыдно, поэтому недоделанный дон Жуан решил зайти издалека — так сказать, настроить прицел перед тем, как сразить девушку наповал.

— У тебя... э-э-э... длинные волосы.

Служанка приподняла бровь, не понимая, как на это реагировать. С одной стороны, это вроде бы комплимент, но с другой прозвучало как банальная констатация факта.

— Да, — кажется, даже бессмертное и лишенное мирских страстей существо испытало легкую неловкость. — Благодарю.

— Не за что...

Глупейший ответ — и очередная пауза. Я не выдержал и тихонько рассмеялся, чем вынудил приунывшего аристократа пойти на очередной штурм.