Меншиков

Расстегнула цепочку с оплавленным амулетом и посмотрела на дырку в кафтане и на проглядывавшую сквозь нее молодую кожу на месте ранения. Затем взглянула мне в глаза.

– Медведи в Сибири, должно быть, большие мастера по части магии. Папенька выписал его из Парижа.

– Зато в Париже, видимо, мастера так себе, – буркнул я.

То, что меня так быстро вывели на чистую воду, несколько покоробило.

– А теперь нам нужно как можно быстрее добраться до города. Эта тварь могла быть не одна.

– Очень может быть. Папенька говорил, что Накопители ойкумены были опустошены его сиятельством графом Меншиковым.

Я на мгновение ощутил укол совести. Но лишь на мгновение.

– Угу. А еще не к каждому «таинственному мальчишке» приставляют пошпионить дочь самого Наместника!

Ох, как она разозлилась!

– Что-о-о! Да я… да ты!..

До чего же в этот момент она была красива, слов нет! Бровки домиком, ноздри в ярости раздуваются, кулачки сжаты.

Бац!

Ох…

Голову мотнуло и по ней тут же застучали молоточки маленьких гномиков.

О, Ахамадан, она вознамерилась залепить мне еще и вторую!

Но тут уж я не сплоховал. На лету поймал ее запястье. Девушка попыталась вдарить второй рукой, но я поймал и ее и завернул обе руки за спину, вдруг оказавшись настолько близко, что ощутил ее дыхание на лице.

– Отпусти, – тихонько сказала она одними губами, хотя я видел, что желание у нее было совсем другим.

– Драться больше не будешь?

Она возмущенно засопела, отчего утянутая корсетом грудь несколько раз коснулась меня.

– Не буду, – наконец выдавила Элизабет и я отпустил ее руки, на всякий случай сделав пару шагов назади также на всякий случай отвернувшись. Хотя, благо, на мне были не дурацкие панталоны старика, возбуждение от нечаянной близости было так велико, что его разглядел бы и слепой.

– Что это был за портал? – спросил я, чтобы сменить тему.

– Спас-телепорт Оскара. Нету. Я использовала свой на ярмарке в январе, чтобы сбежать из дома, когда папенька запер меня после… после одной шалости.

Ну надо же, какие страсти.

– Тогда придется идти пешком.

Я сомнением посмотрел на подол платья Элизабет. Она перехватила мой взгляд, а потом легонько кивнула.

Я наклонился и крепко уцепившись за подол сделал «вжи-и-и-и-ик».

Так-то лучше. Теперь платье было по колено.