Меншиков

– Вы поразительно осведомлены о наших делах, ваше высокопреподобие. Но я вынужден сообщить новые сведения о младшем Меншикове. Буквально утром ко мне попал доклад от командира 2-го батальона майора Маресьева, в коем подробно описывается раскрытие преступной организации, пронизавшей вверенное ему соединение. Согласно отчету, в оном раскрытии Меншиков является едва ли не главным действующим лицом!

Повисла пауза. Архиерей с неудовольствием посмотрел на д’Эстера, потом на Наместника. И от этого неудовольствия графу захотелось провалиться сквозь землю.

– Как я уже говорил, отныне Меншиков – не ваша забота. Обеспечьте доступ к находке господину Альваресу и его людям и займитесь подготовкой встречи гвардии Ордена. А также…

Договорить отец Савва не успел. Испанец вдруг вскинул руку с поднятым вверх указательным пальцем.

– Прошу прощения… господа, – проговорил он неожиданно высоким, совсем не вязавшимся с внешним видом голосом.

Затем встал и под пристальными взглядами присутствующих прошелся по комнате, засовывая свой длинный нос, то в корзину с фруктами, то в секретер с бумагами.

– Позвольте… – сказал и вдруг резким движением… стянул с него парик!

– Да что вы себе… – вскинулся граф, но заткнулся, наткнувшись на холодный взгляд серых глаз испанца.

Какое-то время он перебирал длинными пальцами локоны парика, немилосердно пачкая ковер пудрой, а потом…

– Разрешите… я подсвечу это для вас.

На его руке вспыхнул зеленоватый огонек, в центре которого едва просматривался сотканный из росчерков силовых линий паучок.

Наместнику враз сделалось дурно. Д’Эстер смертельно побледнел, а архиерей встал с кресла, приблизился и, подслеповато щурясь, всмотрелся в конструкта.

– И что же это, господин Альварес? – спросил он.

– Шпион, отец Савва. Вернее, остатки шпиона. Еще пару дней и он бы разложился окончательно. Творение насколько сложное, настолько и изящное. Его не плели, а… гм… как это будет по-русски… его выдумали.

И в тот же миг паучок-шпион растаял, как дым.

– …он его не переживет, – закончил со вздохом сожаления маг.

– Это Меншиков! Это чертов пацаненок! – истерично завопил де Пальмер, чувствуя, как его жизнь повисла на волоске. Этот русский поп с холодными глазами мог отдать приказ одним движением бровей, и испанец просто отнимет у него жизнь.