Ограбление по-русски в начале перестройки

Но ведь и рабочих понять можно: свобода не дается без жертв!

И вот в это судьбоносное время в одном небольшом городке по коридору здания управления милиции шла молоденький свежеиспеченный лейтенант Леночка Кравцова.

Двери в кабинеты были распахнуты, внутри толпились её коллеги, пялясь на экраны. Никто и не думал ловить преступников. Казалось, уж тем было бы раздолье. Но впоследствии статистика выявила, что уровень преступности в стране был в эти часы минимальным, почти как при первых показах «Иронии судьбы».

Задним умом иногда думаешь: а, может, и не нужна была перестройка, просто крутили бы круглосуточно по телику «С легким паром», перемежая размышлениями и призывами Горбачева.

Как богато бы мы жили!

Ведь тогда бы у некоторых товарищей… м-м-м… граждан не оказалось бы денег для покупки заводов и фабрик, рудников и нефтескважин. И всё бы это досталось востребованным членам партии и передовым комсомольцам, которые с детства были воспитаны в стремлении облагодетельствовать простой народ.

Какой шанс упустила Россия!

Леночка прошла в дальний конец здания, где телезрителей, влюбленных в демократию, уже не наблюдалось, и для проформы постучала по плексигласу таблички на двери, обитой черным дерматином.

Из-за её плеча на табличке можно было прочитать: «Начальник отдела по борьбе с хищениями социалистической собственности майор Мегре».

Предчувствую, что в этом месте многие читатели отбросят эту книгу (эх, да что там – книжонку!) с мыслью, что читать бред сивой кобылы, нет (после взгляда на обложку), сивого мерина абсолютно невозможно.

И я понимаю их, действительно трудно поверить, что в нашей насквозь славянской стране возможен майор с такой именно фамилией.

Но, даю честное слово, такой офицер был на самом деле. Мне ведь эту историю не какой-нибудь доктор юстиции, профессор Академии юридических наук рассказал, я её сам видел.

Мне возразят, что и они видели её в гробу, но это, уж извините, всё-таки не одно и то же.

Лейтенант всунула голову в кабинет, спросила не по уставу: «Можно?», и вошла.

Когда дверь за ней закрылась, стало возможным дочитать табличку до конца: «майор Мегреладзе Л. В.»

Любовь Васильевна сидела за письменным столом вполоборота к телевизору и с растерянно-печальным лицом взирала на экран. В последнее время она жила с ощущением, что спокойно до пенсии доработать ей не удастся.

В этот кабинет она попала достаточно случайно.