B.F.G. Орк

Что же касается твоих желаний и того, что это случилось сразу после боя… Не буду говорить про всех, но лично я… В 1954-м, когда мы ходили в поход к персам, чтобы остановить прорыв из их осколка тьмы – мы тогда сражались почти три дня без остановки. Казалось, что наши искры и души были вычерпаны до дна, но мы победили. И в ночь победы половина лагеря валялась без сил, пытаясь отоспаться за все это время, а другая не могла закрыть глаза, чтобы не упасть в бездну кошмаров. Тогда мне было плевать на мою фамилию, на имена тех женщин-воинов, с которыми мы оказались в одной палатке.

Мы просто помогали друг другу забыться и радовались жизни.

– То есть либо мы оба извращенцы, как и половина вашего экспедиционного корпуса, либо… радоваться жизни в объятиях того, кто тебе нравится – это нормально, – Камилла задумалась. – Кажется, я понимаю.

Девушка собралась уходить, когда князь поднял руку, прося ее задержаться.

– Если мы разобрались с тобой как отец с дочерью, то у меня к тебе вопрос как у генерал-губернатора.

Не буду просить тебя оставить Мстителей или помочь мне взять их под контроль, но… просто будь осторожна и скажи, что ты думаешь об этой парочке?

– Они сильные, – Камилла прокрутила в памяти недавние события, а потом неожиданно для князя сказала то, чего он точно не ожидал. – А еще мне кажется, что ни у одного из них нет искры. Вот ни капельки!

– Но… – Константин Николаевич хотел сказать, что без искры никто бы не смог победить врага уровня эспера-десятки, но промолчал.

Его дочь никогда не врала, ее искру было почти невозможно обмануть, а охотники действительно были схвачены… И тогда ему нужно было хорошенько над всем этим подумать.

***

Мы сидели с Арьей на кухне. Девушка расстраивалась, что не смогла поймать меня, пока не наступил рассвет… В ее человеческом теле даже самая ехидная улыбка выглядела наполненной самой искренней поддержкой и пониманием.

– За тобой должок, – сестренка протянула мне записку, где помимо слов были еще и характерные картинки.

Видимо, на тот случай, если я сделаю вид, что не понимаю, о чем она.

Я решил промолчать.

– Даже два должка, – Арья наслаждалась ситуацией. – То, что ты упустил лисицу, не удовлетворив ее звериную страсть, это только твоя ошибка.

Я молчал.

– Звериная страсть – ты же понимаешь, о чем я? – Арья снова отдалась на волю своему таланту художника. И в каких только позах мне и лисице не довелось побывать.