B.F.G. Орк

Что ж, значит, споров у нас не будет. А Арья со своим хитрым планом – пожалуй, сегодня или даже завтра я не стану ей мстить. Эта была последняя мысль об орке, в следующую секунду в голове остались только ярко-красные горячие губы Камиллы, ее руки, ее тело и, конечно, ее булочки, к которым я так привык.

«Не знаю, что мы будем делать, когда наступит утро… Но я, пожалуй, оставлю эти проблемы себе из будущего!»

***

Сегодня я вернул должок за все годы в этом мире, когда только смотрел на разгуливающих рядом красавиц.

Не знаю, за что возвращала себе должок Камилла, но она не отставала от меня ни на шаг. В итоге страсть сменилась усталостью, снова навалился откат от недавнего перенапряжения, и мы одновременно провалились в сон.

Утром я проснулся от ощущения чужого взгляда. Рядом на кровати сидела Камилла и внимательно, без капли стеснения, рассматривала мое тело. Сама она, кстати, уже оделась. Как и недавно с лисицей, Арья притащила и оставила в углу один из моих спортивных костюмов.

– Ты странный, – неожиданно заявила Камилла.

– Почему? – спросонья я не очень соображал.

– В тебе нет искры, я это точно вижу, но ты все равно сражаешься с опаснейшими врагами. А еще ты точно богат, но я не узнаю в твоем стиле и в твоей экипировке ничего, что используют другие благородные семьи. В то же время ты точно и не иностранец…

Только сейчас я осознал, что Арья почему-то не узнает меня. Я коснулся скрытого в ухе сенсора управления Валерой, запросил у него обстановку, и все встало на свои места.

В отличие от меня и орки искусственный интеллект единственный в нашей семье подумал о будущем, настроил выведенные в камеру проекторы и прикрыл мое лицо сложной объемной иллюзией.

Даже стало интересно: какой? Я поискал ближайшую блестящую поверхность, но рядом были только голые стены, кровать и Камилла. Впрочем, ее глаза были не хуже зеркала – я всмотрелся и тяжело вздохнул. Валера решил, что для маскировки мне больше всего подойдет образ брутального зеленого орка, этакого истинного брата для Арьи.

Кажется, мы стали плохо на него влиять, и кто-то уже в самом раннем возрасте обзавелся совершенно невыносимым чувством юмора.

– Не смущает? – я нарушил паузу и указал на свою маскировку.

– Нет, – Камилла улыбнулась. – И я понимаю, сокрытие тайны очень важно.

Мы немного помолчали, а потом стали прощаться. Камилла не претендовала на мои секреты, не требовала давать каких-то обещаний насчет своих – и это каким-то образом делало нас ближе.