B.F.G. Орк

Захотелось подойти и обнять ее, вот только уровень ехидности после общения с Арьей во мне зашкаливал. В итоге мы просто обменялись колкостями, и я решил вернуться обратно.

Ощущение чистоты и красоты исчезло, как будто его и не бывало.

Я огляделся по сторонам, выбирая жертву то ли для дела, то ли чтобы доказать Арье, что она неправа. Кто тут есть? Губернатор, несколько крупных московских аристократов, пара десятков столичных чиновников, совет директоров «Счастья» в полном составе… Тут я заметил, как меня буравит взглядом какая-то азиатка в длинном красном платье.

Я не удержался и помахал ей рукой. Она ответила. Ха! Пусть Арья утрется – умею я общаться с женщинами. Я уже хотел было двинуться навстречу Черепашке, когда мне в бок неожиданно врезались. Какой-то молодой парень со смутно знакомым лицом.

– Виконт Орлов, – незнакомец представился и резко поклонился.

– Мышкин. Лекс Мышкин, – ответил я, уже зная, что это только начало.

– Простолюдин, – Орлов произнес это слово как самое отвратительное ругательство. – Неудивительно, что вы не смотрите по сторонам. Вы врезались в меня, и вам придется за это ответить.

Я на мгновение задумался. Отец Орлова работал на «Счастье», я выбил множество их магазинов и клубов, но получил приглашение на этот вечер. Я думал, что это предложение мира. Но на самом деле меня просто хотели подставить. Что ж, виконт Орлов – я смерил взглядом стоящего передо мной парня – тебе придется пожалеть о том, что ты подписался на эту грязную работу.

– Согласен, дуэль, – я снял перчатку, сжал ее в комочек, а потом запустил прямо по морде Орлову, оставив на щеке наливающийся красным след. – Сражаемся до первой капли крови!

***

Камилла следила за Орловым, который мгновенно согласился на ее предложение проучить наглого выскочку. Все было сделано на высшем уровне: выбрать момент, когда никто не смотрит, столкнуться, обвинить другого… Обычный человек в такой ситуации теряется, пытается объясниться, и это еще одна ошибка.

Во дворе расчистили площадку для этой парочки, и дуэлянты встали напротив друг друга. Камилла неожиданно поняла, что жалеет о заваренной каше, но уже было ничего не исправить. Даже если выйти и признаться – как бы стыдно это было – ни Орлов, ни Лекс ведь не отступят.