Восхождение Страйдера

— Отлично выглядите, Стефан Андреевич, — Альма аккуратно поправила воротник моего фрака, — леди Браугер влюбится в вас уже дважды, если не трижды, — скромненько посмеялась она.

На часах 17:55. Брауншвейгская баронесса приедет с минуты на минуту.

Внизу на выходе я столкнулся с Миланом.

— Да вы только гляньте на этого красавчика. На свиданку поди нарядился, да? — физиономия брата расплылась в слащавой ухмылке, — с Брауншвейгской Баронессой, Эмили фон Браугер, небось.

— Какой догадливый, а теперь пропусти.

— Память отшибло, а Казанова остался, — присвистнул Милан, — ты уж там постарайся как следует, на благо рода работаешь, как никак! — подмигнул он, а потом, кажется, показал своими пальцами один неподобающе пошлятский жест.

— В тебя что, Саксонский вселился? — закатил я глаза, и задевая Милана плечом, прошёл напролом.

Снаружи стоял человек в строгом костюме, его руки были за спиной, а в кобуре на поясе располагался пистолет .Мужчина посмотрел меня, прокашлялся в кулак и с акцентом заговорил на ломаном русском.

— Вашъ благородъие, — он низко поклонился, — госпожъа Эмили фон Браугер ждатъ ваз в машинъе. Вы — идъти за мнъой, подъжалуста.

Интересно, Эмили с таким же акцентом говорит? Пипец…

Я последовал за ним. Впереди возле лимузина, стоял ещё один, абсолютно такой же мужик! На одно лицо!

— Подъжалуста, — открыл мне дверь второй мужчина.

На секунду ловлю ступор. Нет, я не боюсь и вовсе не волнуюсь, да и перед смертью всё равно не надышишься, дело не в этом.

С глубоким вдохом, забираюсь в затонированный лимузин и сажусь на мягкий диван, распространяющийся вдоль всего салона. Напротив меня на таком же диване сидела девушка.

— Одиннадцать дней, Сабуров, — строго произнесла она, скрещивая руки под пышной грудью, — Одиннадцать. Дней, — повторила девушка с особым акцентом, пока пилила меня взглядом.

Голубоглазая, большегрудая блондинка с длинными волосами, заплетенными в огромный пушистый хвостик.

Эмили смотрела на меня не то с ненавистью, не то с любовью. Баронесса то губы поджимала, то скалилась, пока я молчал как рыба.

Сердце забилось в учащенном темпе, дыхание сбилось, а тело бросило в жар.