Дура

И с этой точки зрения, её участие в походных группах выглядело более чем оправдано. Как-никак заработки тут самые высокие, даже если только официальные рассматривать. А ещё, при всей своей любвеобильности, не сказать хуже, Стася никогда не строила никаких матримониальных планов, шагала себе по жизни легко, не задумываясь, шало посверкивая блудливыми глазками.

— Держи, — протянула она сигарету Калюжной.

— Спасибо, — прикурив, кивнула Аня, — так о чём ты поговорить хотела?

Стася затянулась, выпустила дым прищурившись на солнце.

— Как тебе Дуров? — неожиданно спросила она.

По всем законам жанра, Ане сейчас стоило бы смутиться и закашляться, но, опять же, не двадцатилетка она уже.

— Ты в смысле спорта?

— Пфф, — фыркнула Стася, — что тебя о спорте спрашивать! Как он тебе вообще?

— Очень симпатичный мальчик, — не покривив душой, призналась Калюжная, — но знаешь, метисы они в принципе красавчики.

— Это да, особенно такие молоденькие, — мечтательно протянула Стася, — а ещё они, в силу молодости, очень резвы бывают.

— Да ну тебя! Одно на уме.

— Зато — честно. Не то что всякие — праведниц из себя корчат, а сами…

— Это ты о ком сейчас? — заинтересовалась Аня.

Впрочем, это она спросила так, лишь чтоб интерес озвучить. При всей своей взбалмошной лёгкости характера, Станислава Сергеевна в распространении сплетен замечена никогда не была и чужие тайны хранить умела.

Вот и сейчас, просто отмахнулась.

— Впрочем, я не об этом. — продолжила Стася. — Мальчик действительно — прелесть что такое, вот и стало мне интересно, а кого он… эээ.

Анна Егоровна даже зарделась чуток, — ей и самой было интересно кого же Василий Анатольевич эээ. Да что скрывать, даже представляла себе иной раз. Нет, не когда с Андреем — там не пофантазируешь. А так, втайне.

— Ну-ну, — усмехнулась Калюжная, — и как, выяснила?

— А то ты не знаешь, что на эти ваши сайты родовые просто так не зайти.

— Даже не думай, — возмутилась Аня, — я тебя по своему идентификатору проводить не стану.

— Ой, да кто тебя просит — правильная ты наша! — хихикнула Стася. — Только вот не все такие правильные. — подмигнула она. — Смекаешь? И что я хочу сказать, Анна Егоровна, со своих семнадцати лет, вы сильно изменились, похорошели, расцвели прям. Спортом смотрю заинтересовались неожиданно.

— А? — только и смогла что выговорить Аня.

— Ань, да не паникуй ты. Знаешь же, я — могила. Но от этого мне не менее интересненько.