Дура

Марина бы так не смогла, тем более в пятнадцать.

Вообще, чем дальше, тем больше удивлял братец. И если ранее она относилась к Ваське как к любимому племяннику, очаровательному в своей детской восторженной бестолковости, то теперь не так. Теперь Марине всё чаще казалось, будто рядом с ней мужчина находится, не будущий, а просто до безобразия молодой мужчина.

Почему так? Можно, конечно, думать, что это Васька такой особенный, но скорее тут дело в боярском воспитании. Вон та же Наташка со своей подругой, — они в двадцать сущими детьми выглядят и ведут себя соответственно.

А Лена, к примеру, с которой они в сети общаются, куда как рассудительней кажется.

— В парных. — Подтвердила Марина своё решение. — Без брата не пойду.

Родичи удивились. Родичи не поняли. Даже Алексей Андреевич растерялся, пытаясь подобрать возражения. И лишь боярыня Антошевская тихонько поаплодировала, внимательно Марину разглядывая. Та, глаз не отвела — в ответ уставилась.

— Хороша. — Куда-то в пространство сообщила Антонина Константиновна.

— И соображает быстро.

Марина не поняла, что именно одобрила боярыня, но улыбнулась на всякий случай.

— Не смотри на меня так, Алёша, — продолжила Антошевская, — всё верно Василиса Анатольевна решила, я тебе позже объясню почему.

— А как же гимназия?! — Встрепенулись Татьяна Кирилловна. — Мальчик на золотую медаль идёт, а с тренировками совсем про учёбу забудет.

Васька посмотрел на первую жену боярина как на личного врага.

— Я справлюсь, — набычившись, буркнул он, — справлюсь — можете не сомневаться.

— Пёс с ними! — махнул рукой Анатолий Ильич. — Пусть выступают. Дуровы никогда в этих забавах не участвовали, может и зря, но да ладно. Не помешает. Только вот с тренерами как быть? У нас тут бойцовых школ не наблюдается — это нужно в Изюм ехать или в Харьков.

— Не нужно, — возразила Антонина Константиновна, — Алёша уже озаботился. Так что, если вы не против, уже через неделю сюда прибудет очень знающий паренёк из столицы.

Противников этой затеи не оказалось, потому все умиротворённо занялись своими делами.

Лишь Марина подумала: отчего старушка, отрекомендовавшаяся помощницей Глущенко, и слова ему вставить не дала, и вообще вела себя так будто это он у неё в подчинении? Впрочем, списала она сии странности на причуды возраста и больше об этом не думала. А думала исключительно о новом тренере.

***

«Бабушка работает».

Пожалуй это самое суровое предупреждение, что слышала Елена Станиславовна в поместье Антошевских.