Интриган. Новый Петербург

Варя вцепилась в щеку, словно захотела содрать шрам вместе с мясом. Когда я ударил по тормозам и прыгнул на заднее сиденье, из-под трясущихся пальцев уже сочилась кровь. Я опустил руки страдалицы и прижал ее к себе — так, чтобы она не могла себе навредить.

— Почему?.. — сквозь слезы бормотала она. — Почему?

— Жизнь несправедлива, — провел ладонью по дрожащей спине. — Но ты можешь изменить ее, если начнешь с себя.

— Да я уж изменилась...

— И разве ты не хочешь отомстить тем, кто это устроил?

— Хочу... Но как? Что я вообще могу? Бездарная уродина.

— Хватит ныть и жалеть себя, иначе точно выкину в порту. Поскитаешься в трюме по всему свету — узнаешь, зачем людям жизнь дана. Ты очень даже одаренная — пусть и в иных стезях. Ты смелая, ловкая и смекалистая. Я ни разу не пожалел, что взял тебя в побег — ни одной промашки, ни единого провала. Хоть сейчас в разведку. А твой брат — наследник рода и могучий чародей. И что он делает сейчас? Летает над городом, стреляя молниями из глаз и огнем — из жопы?

Варя прыснула.

— Нет. Он сидит в кабинете перед тремя телефонами и без устали раздает приказы. Потому что наследник и колдун он — во вторую очередь. А в первую — начальник полиции. И приносит пользу своим упорством и трудом, а не Даром. Быть может, тебе тоже стоит сменить сторону? Может, синяя шинель подойдет лучше, чем драная блузка и залитые пивом брюки?

Варвара надолго замолчала.

— Да и стричься придется коротко, — подбодрил ее в своем стиле. — А ты уже наполовину лысая.

— Козел.

— Прости, — она отпрянула, часто дыша. — Если тошнит — не вздумай на меня наблевать.

— С чего это меня должно стошнить? Ты вполне неплохо целуешься.

— Брехун, — Варя игриво отпихнула меня. — Кобель-брехун. Лжец-льстец. На дуде игрец.

— Ты определилась, куда едем?

— Я бы предпочла, чтобы ты заехал мне между ног, но у тебя же дела и все такое.

Следующая остановка — казармы. Они же — временный штаб обороны. Генерал Смирнов все еще был на посту — обстоятельства не терпели праздности и не давали расслабиться ни на минуту. Полицмейстер — тоже. Первым делом зашли к нему, и едва увидев такую компанию на пороге, усач чуть не выронил стопку.