Дуэлянт. Часть первая. Восхождение к звёздам

Несколько секунд рассматривает моё оружие. Пробует остроту стали пальцем, а затем задвигает клинок обратно.

— Берите! — седовласый протягивает мне цилиндр и трость.

Я принимаю их. Цилиндр кладу на пол, а трость прислоняю к подлокотнику кресла.

— Приходилось пользоваться? — спрашивает седовласый, кивая в сторону трости.

— Да, — отвечаю я, — было пару раз, пригодилась, ну… и… всяких разных можно, если что, огреть по голове набалдашником. Он у меня тяжелый, из серебра. Мало не покажется.

Я сам не знаю, зачем я всё это рассказываю седовласому. Скорее всего, я просто хочу разговорить этого человека. Да и человека ли?

— Простите, — я стараюсь быть максимально вежливым, — а с кем я имею честь?

— Зовите меня Распорядителем, — отвечает седовласый, — этого будет достаточно.

— Хорошо, — отвечаю я, хотя внутренне мне это и не по душе. Не люблю общаться с людьми, не зная их имени.

— Я знаю, что у вас ко мне накопилось множество вопросов, — говорит Распорядитель, — и я отвечу на все из них, но только, по очереди.

Я делаю глубокий вдох. Выдыхаю и спрашиваю:

— Я умер?

— Да, — отвечает седовласый.

Ну, в принципе, я и не ожидал от него другого ответа. Поэтому я воспринял известие о своей смерти довольного легко.

— Где я нахожусь? Что это за Перекрёсток Миров?

— Это место, — начинает Распорядитель, — где решится ваша дальнейшая судьба.

— Я правильно понимаю, — я деланно улыбаюсь, — что здесь вы определите, куда меня отправить, точнее, — мою бессмертную душу, да? В ад или в рай?

Седовласый улыбается одними глазами, а потом машет рукой.

— Оставьте! Ни ада ни рая не существует! По крайней мере в том виде, о которых вы слышали в своём мире.

— В моём мире? — переспрашиваю я. — Позвольте, а где, тогда, я сейчас нахожусь?

— В мире… — седовласый опирается руками на стол и наклоняется над столешницей, грозно нависая над сукном, — который отстоит от вашего на многие тысячи лет тому вперёд!

Я чувствую себя так, словно я пропустил удар в челюсть пудовым кулаком, какого-нибудь бурлака или портового грузчика.

Меня чуть качает в кресле. Я ослабляю галстук на шее и, немного придя в себя, хрипло спрашиваю:

— А какой сейчас год?

— Сейчас, — Распорядитель произносит это с торжеством в голосе, — шесть тысяч восемьсот семьдесят пятый год, если считать с вашего времени, но и это — не совсем точно.