ЭлектроРод

Обычно всю систему охлаждают горячим паром. И это идеально поддерживает рабочую температуру от ста до шести сотен градусов.

— Отключить холодный пар, включить горячий пар, как только система наберёт больше ста градусов, — скомандовал я операторам и тут же положил палец на свой наушник. — Кукша, огонь электрокартечью.

И снова всё небо засияло. Боевые и штурмовые меки разделились на две группы. Одна летела прямо на нас, а вторая — к крепости Кузьмы. Электрические сгустки просто накрыли атакующий нас отряд. Враг падал пачками.

— Приземление врага на верхнюю палубу, — сообщили оба оператора. — Четыре боевых мека, и шесть штурмовых. Движуться к провалу на первую палубу, пробитую штурмовиком.

— Кукша, — приложил палец к наушнику я.

— Набираю энергию, — ответил он.

— Тридцать секунд до расплавления главного контура, — сообщил оператор, отчего я словил чувство дежавю.

— Тридцать секунд до расплавления, — сообщил я.

— Мне нужно ещё чуть чуть, — сообщил советник.

— Двадцать секунд, — голос оператора дрожал. — Десять, девять, — Всеволод вспотел, а глаза Нины полезли из орбит. — Восемь, семь, — что-то во рту пересохло, — шесть, — у моего начальника гвардии задёргался глаз, — пять, четыре, — Нина оперлась о кресло командующего и под её рукой стальной подлокотник погнулся, — три…

— Я всё, — крикнул Кукша.

— Вырубай, — гаркнул я. — Всё на пар.

Свет на мостике погас, только тускло светили мониторы. Вся крепость зашипела так, как будто мы были маленькими муравьями в огромном утюге. Я никогда не думал, что шипение может оглушать. Оказывается, может. Но даже в этом шипении нельзя было не услышать, как нечто громыхнуло. Такое услышал бы даже глухой. На секунду пол ушёл у меня из под ног, и я еле-еле сохранил вертикальное положение.

Все находившиеся на мостики охнули, а затем затихли. Я не мог видеть или слышать рядом Нину из-за продолжающегося шипения.

— Температура нормализовывается, — сообщил один оператор. — Уже девятьсот пятьдесят градусов.

— Все вражеские меки уничтожены взрывом, — сообщил другой. Все выдохнули, кажется это сделало даже моё кресло.

— Все системы ПВО и гаубицы на верхней палубе и первой палубе выведены из строя, — сообщил третий оператор.

— Кукша, — я приложил палец к наушнику. — Ты жив?

— Едва, — тяжело дышал он.